Между явью и снами

Но, послушай, милый. Есть вещи более вечные, чем люди. И, я знаю, души наши стали единым целым, а потому – я всегда буду с тобой. Потерять меня в себе – тебе будет просто невозможно».

4

Морозный воздух успокаивал. Я следила за облачком пара, вырывающимся изо рта, все размышляя, как в себе удержать негодование. Развитие наших с Господином Тень отношений происходило слишком быстро.

«Скажи, Снежная Ведьма, – обратилась я мысленно к той Первородной, которую хотела видеть своим духом-покровителем, – наверное, где бы ты ни находилась, ты знаешь, что я вот так своеобразно с тобой говорю.

Помоги мне, Снежная Ведьма, прошу тебя. Помоги во всём разобраться. Что-то здесь не так, ощущение такое явное, словно меня облили ведром холодной воды и выставили так на зимнюю стужу.

Этот Господин Тень… и очаровывает, и пугает одновременно. Я не хочу открывать ему своё сердце ровно до тех пор, пока не пойму, что ситуация находится под моим контролем.

Хотя, возможно, та информация, что у меня есть – обрывочна и неполна, а потому мне следует воздержаться от категоричных шагов.

Словом, я думаю, что пока мне стоит внимательно понаблюдать за Господином Тень, приглядеться к нему – возможно, я не жертва тут вовсе, а на то, чтобы от меня что-то скрывать до поры до времени, были веские причины.

Да, Снежная Ведьма, так я и поступлю. Всегда, когда мысленно обращаюсь к тебе, всё проясняется. Твоя магия, не иначе. И спасибо тебе за неё».

Когда я вернулась в дом, он всё ещё был там. Спокойный. Нет, сдержанный.

Руки держал в карманах брюк. Чёрные волосы до поясницы вились беспокойными змеями. Верхняя пуговица рубашки была расстёгнута, обнажая татуировку ворона.

Господин Тень стоял возле камина и рассматривал мои детские фотографии. Вот – я распаковываю подарки на Рождество. Вот – задуваю свечи на день рождения. Ничего особенного, но он смотрел – и улыбался. И вместе с ним – улыбалась и я, хотя эти снимки никогда меня особо не трогали. Просто моя жизнь. Моя рутина.

Я избалована счастьем, наверное.

Отец разлил шампанское по бокалам и отдал нам. По его взгляду я поняла – сейчас он скажет что-то важное. И кажется, я догадываюсь, с чем это объявление может быть связано.

Нет.

– Элина, милая наша девочка, – он обнял маму за талию и вывел её в центр комнаты. – Мы созданы, чтобы быть твоими родителями. Мы созданы, чтобы дарить тебе всю нашу любовь и заботу, какая в нас только есть… До тех самых пор, пока не придет черед взять заботу о тебе кому-то другому.