Обезглавленное древо. Книга пятая. И жили они долго

Один из них присвоил ее любимый арбалет, и в ней снова вспыхнула ярость.

Но если Сильван и Дирхель чему-то ее и научили, так это умению терпеливо выжидать, пока представится подходящий момент. Ждать, сохранять хладнокровие и беречь силы, чтобы потом атаковать с внезапностью змеи, раскручивающей свои кольца.

Поэтому она не сопротивлялась и, щурясь от горячих бликов солнца, падавших на лицо сквозь листву, старалась получше запоминать дорогу, чтобы потом найти это место. Но перед глазами стоял Дирхель со стрелой в груди, и она понимала, что вряд ли подобное знание ей пригодится.

Возвращение Айка в Ройн нельзя было назвать триумфальным. Торговец, которому он вернул груз масла, ничего не понимал: потеря парусов – обычное дело, и пошить их прямо в море не составляло труда. Когда же Айк сказал, что отказывается от договора, они разругались в пух и прах. Айк был на хорошем счету в Ройне и понимал, что такая выходка испортит ему репутацию.

Вот только имело ли это значение сейчас, когда над городом нависла реальная угроза уничтожения?

Однако никто, кроме Айка и, быть может, Хораса, явно не воспринимал эту угрозу всерьез.

Все они имели вид людей, которым удается оставаться на плаву во время шторма благодаря твердому убеждению, что на самом деле они находятся на суше.

Ината встретила Айка с распростертыми объятиями, хотя он ушел в море, даже не попрощавшись.

На следующий же день он кое-как привел себя в порядок и отправился в магистрат.

Последние пару лет в Ройне заправлял сравнительно молодой человек лет тридцати пяти, с причудливым именем Пламен Саградо – где только родители откопали ему такое. Айк не был с ним знаком, но слышал только хорошее.

Выслушав Айка, он задумчиво покивал – хрупкий, щупленький человек с крупной, рано облысевшей головой.

– В ваших словах есть резон, капитан Райни, но не представляю, как осуществить подобный план. Заложить просвет между домами, который служит Ройну воротами, не проблема, укрепления – тоже. Но что толку? Насколько я знаю, ни одному городу, через который прошел Таниэль, не помогли ни ворота, ни стены.

– Можно начать с этого, – воодушевленно произнес Айк, – но главное – люди.