Дар прощения

– Мне казалось, что прощение – часть вашей терапии, – отвечает он, продолжая сидеть неподвижно.

– Винить себя гораздо легче, чем простить.

– Жаль это слышать. Но это не оправдывает того факта, что вы покрываете опасного преступника.

– Неужели?

– Да, – говорит он бесстрастным голосом. – Я изучал криминальное профилирование. И сейчас мне начинает казаться, что следователь прав.

– В чем?

– Неважно.

– Он считает меня такой же убийцей, как и чистильщика. Правда же? – чересчур эмоционально спрашиваю я.

– Я всего лишь хочу знать правду. – Антон пожимает плечами и поднимается с места.

– У нас с вами разная правда. И боюсь, что мою – вам никогда не понять.

Через полгода после переезда в другой город мы вернулись в нашу старую квартиру, чтобы забрать остатки вещей. Пока родители отъехали повидаться с родственниками, я в одиночестве вошла в квартиру, где уже не пахло нашей семьей: никакого запаха маминых духов и аромата папиных наглаженных рубашек.

Перебирая аккуратно сложенные в шкафу вещи, я не могла поверить, что когда-то носила всю эту одежду. Стоя в комнате, я словно слышала свои отчаянные крики и удары разбивающихся о стены кулаков. Там жил мой несчастный невидимый двойник, навсегда запертый в клетке, сотканной из страданий и слез. Я с присущей мне наивностью понадеялась, что обрету свободу, когда выберусь оттуда. Но тут мои мысли прервал дверной звонок.

Уверенная, что за дверью кто-то из родителей, я открыла замок и застыла, когда поняла, кто именно передо мной стоит.

Словно в замедленной съемке он поднял голову, чтобы я могла как следует рассмотреть его лицо.

– Приветик, Ада. Давно не виделись.

Его знакомый голос и самоуверенная ухмылка парализовали все тело.

Я едва успела открыть рот, когда он втолкнул меня в квартиру и закрыл за собой дверь.

Кожей я ощутила холод, исходящий от дверцы шкафа, к которому прижалась спиной.

– Что ты делаешь? – спросила я дрожащим голосом, наблюдая, как он мечется из одной комнаты в другую с пистолетом в руках.

– Всего лишь проверка, что нам никто не помешает, – беззаботно ответил он. – Ты ведь не станешь глупить, Ада? Я хочу убрать пистолет. Не заставляй меня снова его доставать.

Я быстро кивнула, не в силах оторвать взгляд от щетины на его подбородке. Раньше ее не было.

– Отлично, – заключил он, убирая оружие.