Мистика ночи

– А что так на русском? – в динамиках послышался веселый голос. – Смотрю, ты уже совсем там мимикрировал под местное население.

– Чем дальше, тем хуже, – заметил Штрасс и принялся усиленно что-то объяснять своему товарищу на немецком.

Я молчала и вообще старалась никак не выдавать своего присутствия. Вот не пойму только одного: как Тиль «немедленно» перенесется сюда? Получается, что ждать нам придется, как минимум еще пару дней. Без этого человека вход в мою квартиру заказан. А в ней, подозреваю, есть много интересного для парней из лаборатории.

Машина тронулась с места, и мы поехали в пока что неизвестном для меня направлении. По разговору мужчин лишь поняла, что они очень активно обсуждают, где встретиться. Чтобы не рядом с метро или основными канализационными узлами. Минут чрез пять я поняла, что недооценила способности Тиля Обера. Мужчина уже поджидал нас у торгового центра, в который я частенько ходила в кино с друзьями. Он все продолжал общаться с капитаном Штрассом, по-видимому, обсуждая детали дела.

– Но как?! – воскликнула, когда мы остановились на тротуаре, возле этого непонятного светловолосого иностранца. – Разве он только что не в Германии был?!

Дверь позади меня как раз открылась, и в салон запрыгнул Тиль.

– Он умеет шагать через пространство также, как и ты, – милостиво пояснил Мартин, сбрасывая вызов.

– Ты сказал, что ее нужно будет учить! – возмутился блондин.

– Есть такое дело, – кивнул Штрасс. – Но, если вы не против, мы все-таки поедем в штаб. Чую, там скоро произойдет катастрофа.

– Okay, – по-английски согласился с ним Обер.

Мы неслись с огромной скоростью. Нет, больше я с ним на переднее сидение не сяду. Уж очень страшно смотреть вперед и видеть, как в опасной близости от нас оказывается очередная фура. Ищейке (как тут же окрестил себя сам Тиль) было на это плевать. Он что-то писал в своем планшете и ни на что не отвлекался.

Этот день длился бесконечно долго. А ведь мне еще предстоит познакомиться с их предводительницей, великой и ужасной Мариной Аркадьевной, которая постоянно вставала на пути у Мартина Штрасса.

И если мужчина злился от одного только упоминания о ней, то сама «Маринка» еще была для меня загадкой. Как она относилась к капитану, раз так настойчиво вставляла палки в колеса и вместе с тем давала подчиненным почву для насмешек? Кроме того, спать мне предстояло, опять же, в обнимку с электроникой и под надзором доктора Кротова. Сейчас он уже не казался мне таким хорошим, как в начале.