Мистика ночи

Что и как?

– Приятного аппетита, – проворковала официантка и направилась в сторону барной стойки.

Капитан Штрасс будто и не слышал ее. Мужчина был уже далеко от нас, в стране дурманящих ароматов еды и чревоугодия. Судя по тому, как он ответственно подходил к занимаемой должности, могу смело предположить, что Мартин не завтракал.

На самом деле Мартин Штрасс слушал ритм, в котором билось сердце Оли. Он уже просмотрел ауру, поэтому теперь хотел знать, грозит ли что-то здоровью девушки. Она вела себя странно.

Начала улыбаться и вмиг расположилась к общению с ним. У нее должна была появиться депрессия. Или апатия, на худой конец. Но никак не интерес и… ревность.

С виду выглядело, что Мартин сильно увлечен поглощением пищи. Еда сейчас была нужна ему, чтобы пополнить сокрытую внутри энергию, которая постоянно требовалась для работы с людьми. Он мог читать их, словно раскрытую книгу. Но только живых. Мертвые, к сожалению, отказывались делиться с ним информацией.

Ели, молча. Капитан снова закрылся от меня и сосредоточился на чем-то своем.

После того, как он утолил первичный голод, я увидела, как мужчина начал постепенно погружаться в себя. И о чем думает? Что сейчас занимает его мысли?

Играла легкая романтичная музыка, но наш обед нельзя было назвать свиданием. А все он виноват…

О чем я сейчас думаю, скажите на милость?

Внезапно Штрасс поднял на меня свой внимательный взгляд, но тут же опустил его.

На вид моему новому знакомому было уже за тридцать, но из-за серьезности Штрассу можно было дать и намного больше.

Красивый, но не в моем вкусе. К сожалению.

Сама не заметила, как бокал, где еще недавно было вино, опустел. И пицца неожиданно закончилась. Неужели я так проголодалась? К слову сказать, еда оказалась здесь вкусной. Так что не стоило удивляться моему неожиданно проснувшемуся голоду.

Потом настал черед супа. Кофе решила оставить на десерт. Не даром же некоторые в его отношении говорят не «пью», а «кушаю». Вот заваришь себе утром, чтобы проснуться, да побольше… А когда так, как сейчас – это уже для удовольствия.

– Я дам тебе прозвище «экстрасенс», – неожиданно для самой себя пробормотала. Поэтому пришлось срочно что-то придумывать: – Уж очень часто ты что-то там видишь. Не отвертишься, я заметила твой взгляд, тогда, десять минут назад.

– Да? – Темные брови снова поползли вверх. – Вообще-то это называется несколько иначе, но пусть будет так. Я не против.

Мои щеки опалил румянец.