Контроль. Песчинки на чашах весов # 3

Надежда на избавление от страха перед неизвестной угрозой, на восстановление нормальной жизни на планете, на спокойствие. Надежда на будущее.

«Может, я все-таки ошибся», – хотелось сказать ему. Хотелось как-то разбавить, хоть немного рассеять белым огнем эту удушающую черноту, которая лилась сейчас из всех этих смотрящих на него с ужасом и отчаянием глаз. Люди только-только успели поверить в покой. Рана только начала заживать – и вот с нее с безжалостной резкостью вдруг сорвали присохшую повязку.

Нет. Нельзя говорить этого, нельзя подпитывать надежду. Только не сейчас. Надежда помешает им быть настороже каждое мгновение, заставит инстинкты предательски затихнуть в привычном и обманчиво безопасном уюте собственного дома, не обратить внимания на чуть заколыхавшуюся темноту в углу спальни… Надежда может их убить. Леден молча сошел с помоста, на котором стояла трибуна, и, ни на кого не глядя, стал пробираться к выходу. Проходя мимо Крона Магруса, стоящего у входа, он коротко бросил: «Все ко мне».

Быстро шагая по коридору к своему кабинету, Леден достал из кармана коннектор, намереваясь вызвать Астри – как у него дела, добрался ли? И в это же мгновение коробочка в руке завибрировала, приняв входящий вызов.

– Что?..

– Я только что видел эту штуку, – голос Астри прерывали помехи, связь в этих краях была просто отвратительная. – Шагах в десяти передо мной появилась. Леден… Это очень опасно. Я кое-что заметил… – Звук окончательно пропал, и Леден, выругавшись, уставился на экран коннектора, ожидая восстановления сигнала.

– Что там? – догнавший капитана Крон заглянул ему через плечо.

– Астри тоже это видел, – коротко ответил Леден и быстро зашагал в кабинет.

Буквально через полминуты все были в сборе. Четверо Ныряльщиков плечо к плечу уселись на любимую скамейку Астри и молча выжидающе смотрели на командира, который сидел за столом, тяжело облокотившись на столешницу и прикрыв рукой глаза.

– Так, – наконец произнес Леден, садясь прямо и складывая сцепленные руки на стол перед собой, – задача вам понятна. Давайте теперь прикинем, как мы будем ее выполнять.

Ныряльщики продолжали молча смотреть на Ледена. Они понимали, что их время говорить еще не пришло. Они прекрасно знали своего командира.