Тень Белого Тигра

Либо стеснялась расспрашивать, либо понимала, что ответов не получит, либо боялась сыта-голь с глазами имуги даже после проведённой вместе почти бессонной ночи в одной комнате. На рассвете Харин повела Йонг из надвратной башни, как только охранявшие их стражники покинули пост, чтобы отдохнуть.

Чем больше времени Йонг проводила в безымянной тюрьме, тем больше понимала, что слухи о ней преувеличены. Стражники, с виду казавшиеся грозными и несговорчивыми, на деле вели себя расслабленно, и даже незваные гости их не смущали.

Капитан Кан не показывался с вечера, хотя предупреждал, что будет следить за Хранителем Дракона и его спутниками. До нужных камер Йонг и Харин добрались, никого не встретив по пути, и это тоже говорило о безразличии стражи к узникам.

Если всем плевать на запертых в камерах людей, зачем ради них содержать целую крепость? Йонг спросит об этом Рэвона, как только они выберутся отсюда.

– Это здесь, госпожа, – прошептала Харин, ткнув в проход между крепостной стеной и рядом камер, тянущихся по западной стороне двора.

Йонг кивнула ей и рукой показала на надвратную западную башню: с неё хорошо просматривался проход, в тени которого Йонг стояла, но сейчас наблюдательный пункт пустовал. Как, впрочем, и все остальные.

Странное это было место, безымянная крепость…

Харин уверенно кивнула и осталась стоять в начале ряда, а Йонг, трогая стены, чтобы в рассветном полумраке не наткнуться на камни, шла вдоль камер, выискивая первые решётчатые окна и узников за ними.

В первой камере человек спал, во второй их было сразу двое, и оба услышали Йонг ещё до того, как она появилась в квадрате слабого света: Йонг заглянула внутрь, сразу же наткнувшись на две пары насторожённых глаз. Узники были худые, но тепло одетые. Несмотря на нездоровую бледность лиц, Йонг заметила, что кожа у них была смуглая, серо-жёлтого цвета, напоминающая нанмён [10 - Корейский холодный суп на мясном бульоне.], а глаза – широкие, светло-карие. У обоих узников были длинные волосы и густые бороды, какими не могли похвастаться чосонцы.

– Мухер! [11 - Женщина! (португальск.)] – воскликнул один удивлённо и радостно одновременно. Йонг мысленно прокляла его звонкий голос. Она прижала палец к губам, бросила на мужчин умоляющий взгляд. В отличие от Харин и капитана Кана, боязливо косящихся на глаза Сон Йонг, иноземцы не испугались её, только подползли к окошку поближе, протягивая руки на воздух сквозь решётку. Йонг отпрянула, шикнула.