Невеста Дьявола

Я тут же резко села, прижимая толстое одеяло к груди. Я была обнажена…

– Вот черт! – громко выругалась я, не до конца осознавая, что же со мной произошло. Пока воспоминания были скрыты пеленой. Не выдержала и ударила кулаком по постели.

– Я бы на твоем месте не вспоминал черта с утра, – неожиданно раздалось где— то сбоку, – а то явится еще…

Я замерла. Зажмурилась.

И все вспомнила. Как влипла в полную задницу, как убила человека, а потом приключения в лесу… Вспомнила Асада, который спас меня от ужасной участи… Но как я оказалась в номере? Вот этого уже не помнила.

И что происходило в этих стенах, соответственно, – тоже. И этот факт убивал меня. Я никогда себе такого не позволяла (точнее, моя мать мне не позволяла).

Я прислушалась к своему организму, прижимая одеяло сильнее к своей груди. Я не была девственницей, но почему— то не сомневалась, если бы между мной и Асадом что— то было… Я бы это поняла. И вообще я уже сама не знала, что ожидать от себя.

Почувствовала шевеление за спиной, напряглась еще сильнее.

Я боялась, что Асад решит, если между нами ничего не было ночью, то стоит исправить это сейчас. А после вчерашнего моего «рандеву» по лесу я бы точно не смогла пережить еще и это. Но мужчина всего лишь поднялся с постели и прошел в ванную.

– Не дрожи, а то вот— вот удар хватит, – проговорил Асад, бросая на меня странный взгляд.

Прошел мимо меня, свергая своим обнаженным торсом. Спасибо, что в трусах хотя бы.

Как только за мужчиной закрылась дверь, я тут же подскочила и принялась обыскивать номер, чтобы найти хоть какую— то одежду.

Я чувствовала себя слишком уязвленной рядом с Асадом, а отсутствие одежды только усугубляло мое положение. А потом я покосилась на кровать. Мы оба спали на ней. Вдвоем. Вот черт…

Разумеется, я ничего не нашла. Кроме рубашки Асада. Была бы я чуть наглее, то обязательно воспользовалась ею без угрызения совести, но… Но я – это я. Я не смогла взять ее. И мне показалось, что это было бы слишком… Слишком интимно что ли? Ведь обычно девушки носят одежду (особенно на голое тело) только своих парней.

Мы были абсолютно чужими людьми друг другу. Да и не думаю, что Асаду понравился бы мой поступок. Ведь нам и так наверняка предстоял еще очень серьезный разговор.

И от этой мысли сердце сжала ледяная рука страха. Я – убийца. Я убила человека. Что теперь со мной будет? И почему Асад так спокоен? Он действительно не верит, что я смогла справиться с его братцем? А я смогла. Я справилась. Я убила.