Хора

Глобально уже тогда не было никакого разнообразия ни в одежде, ни в другой материальной культуре. Так что, мне кажется, нации начали отмирать куда раньше семидесятых годов.

– Ну про Последнюю войну государств мы знаем довольно много, и многочисленные источники говорят, что как раз тогда нации были на подъёме.

– Не долго же им было отведено жить.

– Что есть, то есть, – согласился Григор. – Конструкт оказался неустойчив. Интересно теперь, насколько Дома переживут нации и государства.

– Ну тут уже всё в наших руках.

Двак, стоявший на входе в библиотеку, сперва хотел подойти к гостям, чтобы помочь им найти нужные материалы, но быстро понял, что его помощь не потребуется. Иллариона здесь знали хорошо.

Добравшись до нужного стеллажа, Илларион и Григор остановились.

– Ты ищешь что-то конкретное? – спросил Илларион. Григор кивнул.

– Вулканический кризис две тысячи семидесятого года.

– Это уже совсем плохие времена, – Илларион нахмурился. – Инфраструктура тогда уже пала, и мы получали очень мало сведений о происходящем на других континентах.

– Так что же, у нас нет совсем ничего по этому поводу? – удивился Григор.

– Ну, надо искать, – отозвался Илларион и принялся открывать ящики с периодикой, быстро просматривая их содержимое.

– Сдаётся мне, что мы напрасно тратим время, – глядя на действия Иллариона, вдруг проговорил Григор.

– Если ты не будешь помогать, то точно напрасно, – с некоторым раздражением ответил Илларион.

– Лар, ну я тут подумал… Ты прав, про вулканический кризис у нас могло бы быть только в периодике, а откуда у нас взяться периодике того времени?

Иларион прекратил поиски, выпрямился. Строго посмотрел на Григора

– То есть ты меня сюда притащил, понимая, что мы ничего не найдём?

– В некотором роде, – Григор с лёгкой улыбкой пожал плечами.

– Ну допустим. А почему тогда именно такая тема?

– Как раз потому, что у нас по ней ничего нет. Это было бы новое слово в наших исторических исследованиях.

– Григ, ты чего-то не договариваешь.

– Да, – неожиданно легко согласился Григор. – Я специально выбрал тему, недоступную нам, чтобы иметь повод поездить по другим Домам.

Илларион открыл было рот, чтобы высказаться по этому поводу, но тут же одумался. Идея Григора, безусловно весьма эгоистичная, могла пригодиться и ему. В конце концов, она сулила как раз ту смену обстановки, о которой давно грезил Илларион.