Зелёный город. Сборник рассказов

Казалось, никто не знал о моём присутствии, однако я чувствовал, что они, как и та тень, следили за мной.

Среди этих людей были мужчины и женщины, старики и дети. Под их кожей будто бы не было ни кровинки, таким безукоризненно белыми казались их лица.

Я шёл через толпу, пока совсем не выбился из сил. Мои ноги отказывались повиноваться и дрожали; я упал на колени и перевёл дух.

Тогда я и заметил перемену.

В глазах каждого их окружения загорелись жёлтые огоньки Сначала тусклые, как пламя угасающей свечи, постепенно они становились ярче – настолько, что смотреть было невозможно.

Желтизна их глаз не освещала ровным счетом ничего. Никто, в том числе и я, не отбрасывал тени. А сияние становилось ярче.

Я слышал этот свет. Неровным гудением он вливался в мои уши, заставляя их болеть.

Обеими руками я закрыл глаза, но не мог избавиться от слепящей иллюзии. Я кинулся вперед и ударился – видимо, о ноги стоящего впереди.

Они окружили меня.

Последним, что я вспомнил, были лица моих жены и сына.

Заблеяла овца.

Я оказался в кромешной тьме и решил, что ослеп. Через время я понял, что больше не ощущаю ледяных рук, и осторожно открыл глаза.

Вокруг было пусто. Ни одного отпечатка подошвы на пыльной равнине.

Я заплакал и не смог выжать из себя ни единой слезы. Как хотел я выбраться из этой мрачной пустоши!

Овца снова позвала, и я пошёл.

Вдали я снова увидел людей. Мой страх был настолько силён, что в спешке я попытался повернуть в другую сторону. Ничего не вышло – в любых направлениях передо мной были люди.

Я решил, что ни за что не пойду к ним, и в ту же секунду почувствовал приближение тени.

Мне не оставили выбора.

Казалось, страхи мои были напрасными: в этот раз мне уделили еще меньше внимания.

На многие километры вперед и в стороны передо мной простиралось кладбище. Тысячи безымянных могил маленькими холмиками взрывали землю.

Я видел мужчин, безучастно глядящих на могилы. Женщин, щекой прижавшихся к земле. Детей, двумя руками зарывшихся в грунт.

Вначале осторожно, а затем осмелев, я проходил через бессчетное количество безмолвных рядов. Никто не поднял головы, чтобы оглянуться на меня. У каждого здесь было своё дело и своё горе. Они ждали.

Постепенно я дошёл до конца. В этом месте я был лишним. Скорбь не знает тревог.