Танцующая с ветром

На плечи опустился плед, вопреки здравому смыслу, вместо того, чтобы согреться, меня начало трясти ещё сильнее.

– Да вы совсем закоченели! – вдруг оказавшись рядом, принц коснулся моего лица. – Нужно позвать врача?

– Не стоит, спасибо.

Он поставил на печь чайник и достал ларец с чаем. Наблюдая, как он открывает многочисленные шкатулки и свёртки, нюхает чай и выбранный ссыпает в глиняный заварник, я поразилась преображению. Осознав, что разглядываю его, смутилась и поспешно произнесла:

– Не думала, что у вас есть чайный набор.

– Это набор моей матери, – с теплом в голосе отозвался он. – Последнее, что от неё осталось.

Не зная, что ответить, я промолчала. Сунув руки под стол, я тянулась к теплу жаровни, чувствуя, как начинают болезненно колоть пальцы.

Вода в чайнике закипела, и Широ осторожным движением снял его, оставив на столе.

– Хитомия пыталась обучить меня чайной церемонии, но, признаться честно, я не прониклась.

– Отчего же?

– Скучно. Хотелось какой-нибудь активности, действия, а не просиживать юбки, купая посуду во славу чайных богов.

Мой ответ вызвал улыбку. Устроившись напротив, он расставил чайные принадлежности.

– Тогда позвольте мне попробовать посвятить вас в таинство, – в глазах загорелся плутовской огонёк. – Есть много вариаций чайной церемонии. Империя вобрала в себя множество народов, каждый из которых имеет свою историю и традиции, и даже чай везде заваривают по-разному.

– Я заметила, что костюмы на Холодном камне и здесь сильно отличаются, – сказала и сразу отругала себя. Прозвучало, как ответ не подготовившейся к уроку ученицы.

Но Широ не расстроился и не разочаровался.

– Именно. Островная часть Империи некогда была отдельным государством, и Император милостиво позволил им сохранить свою культуру, – он выставил передо мной несколько банок с чаем. – Это чаегуань. Хорошая чайница не пропускает свет и посторонние запахи, сохраняя чай.

– Хм.

– Вижу сомнения в ваших глазах.

– Империи имеют дурную привычку разваливаться, когда в момент слабости провинции вспоминают о своей культуре и традициях.

– Предлагаете их подавить? Навязать своё верование, запретить язык и праздники, сжечь их традиционные одеяния и сбрить бороды, как Мандагар в своё время?

Насыпав чай в небольшую миску, похожу на тонкую женскую ладошку, протянул мне.

– Это чахе.