Родственная душа

– Агата позаботилась о ней, – поспешила заверить Кэллен подруга. – Я вернусь к ним, и мы соберем вещи, а Ярик проводит тебя домой, ты не должна заболеть на каникулах.

Кэллен послушно кивнула.

– Пока мой кузен рядом, ты будешь в безопасности, – Даяна поправила подол платья и быстрыми шагами направилась в сторону склона.

Кэллен неожиданно чихнула, и Ярослав накинул на ее мокрое платье свою мятую футболку.

– Извини, что не могу предложить тебе больше.

– Ты и так сделал для меня слишком много, – Кэллен понимающе ему улыбнулась, и они оба побрели в сторону домов.

Лучи солнца жгли спину, а влажное платье причиняло дискомфорт. Ярик все еще держал Кэллен за руку, и девочке так хотелось, чтобы этот момент длился вечно.

***

Миссис Дарлинг поставила на круглый стол чашку горячего чая. Красный закат пылал на горизонте, отражаясь в чистой воде.

Кэллен сидела на деревянном стуле на крыльце дома, закутанная в красный вязанный плед. Просторный дом ее родителей был построен из прочного кирпича приятного коричневого цвета.

Вокруг расстилались зеленый газон и кусты самых разных цветов.

Мама Кэллен любила ухаживать за ними, она всегда говорила дочке, что все в этом мире наполнено душой и умеет слышать и чувствовать. Кэллен представляла, как розы говорят с ней, здоровалась с ними ранним утром и печалилась, когда с приходом осени цветы вяли. Миссис Дарлинг говорила, что они впадают в спячку, но через несколько месяцев снова очнутся и будут радовать взгляд.

Кэллен знала, что одно всегда приходило на смену другому, но продолжала горевать.

Почему она должна была радоваться новому, когда так полюбившееся сердцу старое оставалось только в воспоминаниях? Кто вообще придумал конец? И где была вероятность, что новое непременно будет лучше? Эти вопросы не давали девочке покоя, но, ровно как цветы продолжали вянуть, Кэллен продолжала искать ответы, которых, казалось, не существовало вовсе.

– Я должна поговорить с Марией, – миссис Дарлинг сделала глоток чая и положила руку на свой округлый живот.

– Ты же знаешь, что это не имеет смысла, – Кэллен откусила овсяного печенья.

– Тони нужно воспитывать, – продолжила мама девочки. – Жаль, что у мальчика нет отца.

– Он не виноват в этом, – пожала Кэллен плечами. – Никто не виноват.

– Ты права, возможно, он так озлоблен, потому что несчастен.

– Так и есть, – Кэллен сделала глоток горячего напитка.

– А что насчет того милого мальчика? Он нравится тебе?

Золотоволосая закашлялась.