Здесь покоится Дэниел Тейт

Поставил перед Миа рогалик с изюмом, сливочным сыром и медом, а передо мной – чашку хлопьев с только что нарезанной клубникой.

– Я решил сегодня каждому приготовить на завтрак самое любимое, – сказал он с улыбкой, – в честь возвращения Дэнни.

– Спасибо, Ники! – сказала Миа, отодвинула тост и взялась за рогалик. – А маме?

Николас с тарелкой омлета уселся рядом с сестрой, и взял ее недоеденную половинку тоста с вареньем.

– Она, наверное, еще не скоро спустится. Ешь давай, пока не остыло.

Что-то в нем неуловимо изменилось.

– Что-то не так? – спросил он.

Я покачал головой. В дверь за его спиной, потирая голову, вошла Лекс и направилась прямиком к кофеварке.

– Доброе утро, ребята, – пробормотала она.

– Доброе утро, – отозвались мы все.

Я поднес ко рту ложку с хлопьями, и тут вдруг Лекс бросилась ко мне из другого конца кухни и выбила ее из моей руки.

– Дэнни! – рявкнула она. – Не вздумай! Кто дал ему клубнику?

– Я, – ответил Николас.

– У него же аллергия! О чем ты думал?

Николас уставился широко открытыми глазами на нее, потом на меня.

– Прости, Дэнни. Я совсем забыл.

Напряжение повисло в воздухе. Николас смотрел на меня, я на него, а боковым зрением видел, как Лекс сжала кулаки.

Потом она перевела дыхание, и вся комната как будто выдохнула вместе с ней.

– Ну, ничего страшного не случилось, – сказала она. – Я тебе что-нибудь другое приготовлю, Дэнни. Чего бы ты хотел?

Она забрала чашку с хлопьями, вылила в раковину, а я все смотрел на Николаса, и он, так же молча, на меня.

– Ты что, тоже забыл?

Я медленно кивнул и начал выдавливать из глаз слезу. Я всегда умел плакать по заказу, когда захочу. Полезная штука.

– Наверное… – проговорил я. – Я уже так давно не пробовал свежих ягод, что…

Каменное лицо Николаса дрогнуло.

– Ох, милый ты мой… – проговорила Лекс.

– Извините. – Я поднялся из-за стола. – Извините, мне надо…

Я выскочил из кухни.

* * *

Я проторчал в комнате Дэнни минут десять, а потом кто-то тихонько забарабанил в дверь – значит, Лекс пришла меня искать.

Я сжался в комочек на кровати, стараясь, чтобы это выглядело пожалобнее.

– Входи.

– Эй, – тихо проговорила она, лишь чуть-чуть приоткрыв дверь. – Все хорошо?

– Вроде бы, – отозвался я. Сел, потер глаза. – Извини.