Все наши вчера

Или, что вероятнее, на огромный прыщ на моем лице. Я нервно облизнула губы и ощутила восковой, слегка ванильный привкус Софииного блеска для губ.

– Ох, солнышко! – сказала Лус. – Ты прекрасна!

Джеймс встал, и я практически почувствовала, как София и Тамсин у меня за спиной задержали дыхание.

– Ты готова ехать? – спросил Джеймс. Сердце мое сжалось так, будто я ожидала, что, поражённый моей красотой, он упадет на колени и объявит прямо тут, в кухне, о своей бесконечной любви ко мне. А все потому, что я – идиотка.

– Готова, готова, не сомневайся, – сказала София, подталкивая меня в спину. У неё удивительная способность – заставлять даже самые обыденные вещи звучать скабрезно. – Привет, Джеймс.

– Угу, да… привет, – сказал Джеймс, вспыхивая и глядя куда угодно, но только не на Софию. Её идеальные светлые кудри и пухлые губы многих парней заставляли смущаться, но Джеймса они пугали до смерти. Даже если он никогда не мог вспомнить её имя.

– Как там Коннектикут? – спросила Тамсин, выйдя из-за меня и присоединившись к Софии возле Джеймса.

Джеймс нахмурился.

– Нормально. Много работы. Ну, ты знаешь.

– Да? А над чем ты работаешь?

– Я… эм… Это достаточно сложно объяснить…

Там с Софией уставились на Джеймса так, словно никогда в жизни не слышали ничего более захватывающего, чем его заикание. И попутно абсолютно позабыли обо мне, стоящей позади.

Джеймс глянул на часы, а потом на меня.

– Извините, но нам пора идти, Марина.

– Точно, – сказала я, хотя знала наверняка, что еще рано. Это моя работа, как лучшего друга Джеймса, спасать его от его же неловкости, но, честно говоря, дело еще и в том, что мне ненавистно видеть, как он разговаривает с Софией и Тамсин. Возможно, я просто ревную, потому что в глубине души я чувствую, что Джеймс мой, а они вьются вокруг него, словно хищники. Иногда я даже задаюсь вопросом: на самом ли деле они хорошо ко мне относятся или дело в моей близости к нему?

Тамсин и София последовали за мной в прихожую, чтобы попрощаться.

– Позвони мне потом, – прошептала Тамсин, целуя меня в щеку, и они выскользнули в дверь.

– Хотите что-нибудь перекусить до отъезда? – спросила Лус из кухни.

– Там будет ужин. – Я вытащила из шкафа в прихожей свое длинное пальто и безупречно белый кашемировый шарф, который надевала только по особым случаям.