Окуляр магии

Мы с ней учимся вместе. Она как раз светлая волшебница, но довольно слабенькая. Хотя слабость этой девушки исходит из того, что магия выкачивает силы из её организма. Такое случается, когда родители совершают какую-то гадость, а дети получают откаты. Кому вообще нужна волшебница, которая после более-менее сильного колдунства валяется в обмороке или долго болеет? – язвительно добавил он.

Божена вскинулась, готовая грудью встать на защиту сестры, но поняла, что Влада это только насмешит.

– Возможно, стоит привести Божену к Магдалине, раз она тут, пусть всмотрится в её чакры, поглядит на ауру и определит, та она, кого вы ждёте или же нет, – предложила Адель.

– Это так не работает, – заметил Влад. – Каким местом ты училась в университете?

– В магическом университете мы все учимся одними и теми же местами, шовинист! – взъярилась Адель.

– Спокойно, товарищи маги, – хмыкнул шеф. – А то разнесёте мне конференц зал. А он мне дорого обошёлся.

Мужчина задумчиво уставился в пространство, постукивая пальцами по блестящей деревянной столешнице. Остальные замолчали, не желая сбивать его с мысли.

Божена же ощущала себя не слишком комфортно. Эйфория постепенно начала улетучиваться, кроме того, накатывали неприятные воспоминания о том, что случилось.

И отвратительные картины того, что могло бы произойти, если бы у неё не получилось активировать собственную магию.

Ей не слишком понравилась идея с каким-то пророчеством, так как роль крутой героини ей никогда не удавалась.

Что-что, а представлять себя кем-то, о ком слагают легенды, ей никогда не хотелось и даже в голову ни разу не приходило. Иногда в детстве она воображала себя прекрасной принцессой в хрустальных туфельках и роскошном бальном платье, но уж точно не в рыцарских доспехах и с оружием наперевес.

Кроме того, появился неожиданный страх оказаться ничтожеством, совершенно не соответствующим чужим ожиданиям.

Вздохнув, Божена неожиданно задумалась о том, что теперь Елена её точно возненавидит. И хотя её чувства девушку не слишком волновали, всё равно было неприятно.