Три цвета крови

Глупая девчонка не подозревает, с кем имеет дело.

– Наоборот, ты в нём ничего так смотришься.

– Хочешь узнать, как я смотрюсь без него? – ехидно ухмыльнулся он. – И без всего остального?

– Вряд ли, ты не в моём вкусе.

– Да откуда ты знаешь, коль не пробовала?

– Прибереги свой неуклюжий флирт для какой-нибудь малолетки, – отрезала Эшли.

Рихард не отводил от неё взгляда, наблюдая, как она танцует в лучах света и неосознанно протянул к ней руку, пытаясь ухватить за рукав мягкой кожаной куртки, но она ускользнула от него:

– Не трогай меня, я не с тобой танцую, а сама по себе!

Однако песня быстро закончилась.

– Давай продолжим, было-то всего полтанца, – он улыбнулся. – Я только начал разогреваться.

Эшли бросила на него откровенно скучающий взгляд, и Рихард мысленно чертыхнулся. Вряд ли она влюбится в него так скоро, как ему хотелось бы, чтобы в будущем пожертвовать свою кровь. Проблема в том, что без применения его вампирских умений, девушка могла и вовсе не заинтересоваться им по прошествии “цветочно-конфетного” периода.

– Уговорил, я сегодня добрая, подарю тебе ровно полтанца из следующей песни, – пошла на компромисс Эшли. – Засекай время.

Группа заиграла популярный “медляк” на радость влюблённым парочкам.

– То, что надо, – наиграно обрадовался Рихард.

– Блин, знала бы, что они сейчас будут играть, ни за что не вышла бы, – разочарованно протянула Эшли.

Зато для Рихарда всё складывалось отлично. Он подошёл ближе и довольно посмотрел на неё.

– Не бойся, я не стану тебя лапать и обнюхивать. Лишь самую малость, как того требует танец, о'кей?

– С чего мне бояться такого ботана? – фыркнула Эшли, позволив ему обнять себя за талию, сама же робко положила руки ему на плечи, и они медленно закружились в танце.

Рихард был выше её на голову. Рядом с ним девушка вдруг показалась самой себе какой-то маленькой, жалкой и невзрачной, растеряв свою показную браваду и желание прикалываться над ним. Она давно утратила веру в себя, разочаровавшись чуть ли не во всех и во всём на свете. Непонятное чувство вины, появившееся вскоре после расставания с Шоном мешало ей порой адекватно воспринимать реальность и занижало её и без того низкую самооценку.