Жена Нави, или прижмемся, перезимуем!

 – А мне ме-е-еду из-за тебя не дали!  Липового!

– Но и на орехи не досталось, – усмехнулась волчица. – Ну что ж, снегурка, жена ты теперь…

Что? Где? Кто? Я? Когда?

– Чья? – осторожно спросила я, вспоминая могучую фигуру и огромную ручищу.

– Зюзи, – усмехнулся волчица.

Я вспомнила фигуру, вспомнила лицо, вспомнила тяжелый и суровый взгляд. «Зюзя, очень приятно!». «Зю-ю-ю-юзя!», – умилялось что-то пытаясь сопоставить имя и личность. «Я сейчас Зюзю позову!», – можно пугать людей. Нет, ну кто его так называл? Где его родители – садисты! Нет, ну может, в детстве он был маленьким милым зюзиком, а выросла и вымахала целая Зюзябра! А по взгляду – полный Зюзец!

– Зю-ю-юзя… –  со стоном выдыхала я.

– Ты гляди, смеется, – переглянулось зверье. – А его Елиазар зовут! А Зюзя – это покороче будет…

– Елиазар… – прошептала я, вспоминая его. А имя ему подходит. Эх, прямо как богатыря! Елиазар… Мне казалось, что это имя перекатывается во рту словно снег по сугробам, а потом выдыхает морозом.

– И когда же у нас была… эм… свадьба? – спросила я, чувствуя себя подругой, которая потом меня спрашивала, что я помню из ее свадьбы и по воспоминаниям восстанавливала ход событий. При условии, что она была невестой.

– А ты что? Не помнишь, как он из тебя жизнь вынул и стужу в тебя вдохнул? – удивилась волчица. – Вот с того момента ты и стала его женой…

– Как там на свадьбе… И я там был, мед пил… По усам текло, а те, кто на мед позарились, тем попало! Эх! Медку бы! – покачал головой Буран, пока я осмысливала все.

Теперь я понимаю, почему мужик так упирался! Там, оказывается, без свадьбы, ну никак! Но все-таки согласился… И тем самым спас мне жизнь…

– Ты там сильно губу не раскатывай, – послышался голос волчицы. – Это только до весны.

– Я что? Жена на зиму? С каких это пор у нас женятся на зиму? Что-то вроде прижмемся и перезимуем? Или вдвоем теплее? – возмутилась я такому раскладу. – Пусть вон лучше бы на батарее центрального отопления женится, если ему жена на зиму нужна!

Я даже представила батарею с фатой.

– Да все равно ты весной растаешь, – посмотрела мне в глаза волчица. – Все снегурки весною таят…

Глава пятая.   Двенадцать месячных!

– Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная?

Пресвятая Инквизиция

Плохие новости нужно уметь преподносить! Сначала нужно убедиться, что человеку есть куда падать в обморок. Дотащить матрас и положить по примерной траектории падения.