Заказное влюбийство

 – Сердце вьёрна из терна! Это она! Эта горбунья и есть Импэра!

– Этого недостаточно! У настоящего Импэра должен быть кинжал с красным камнем на рукояти! Я отчетливо его видел в своих видениях! – заметил самодовольный дед, явно лоббируя третьим глазом чьи-то интересы. Догадываюсь даже чьи…

– А это что? – усмехнулся благородного вида пожилой мужчина в дорогой одежде, вытаскивая у меня из второй руки кинжал. – С красным камнем! Все, как ты и сказал! Ну что ж, хранитель традиций, Импэра найдена.

– Но ведь… – занервничал старик, снова поглядывая в сторону леса. – Где ты нашла кинжал? Отвечай!

Он шипел на меня, как гадюка, его ноздри свирепо раздувались, а колючие глаза пытались прожечь во мне дыру.

– В лесу, – ответила я, глядя на нервного деда. Рассказ о трупе я, пожалуй, оставлю для мемуаров. И тогда, когда все будут уверены, что старческая нездоровая фантазия обострилась у меня вместе с хроническими болячками, правда, возможно, всплывет наружу, ибо такая правда не тонет.

– А что ты еще там нашла? – захлебывался слюной старик, рыча, как старый волк и снова выглядывая кого-то в лесу.

– Неприятности, – вздохнула я, в ожидании, что сон закончится. Молчаливый мужчина в серой одежде подошел к нам, заложив руки за спину.

– Перенеси нас! – приказал седой главнокомандующий всем этим безобразием, нервно вращая перстень на указательном пальце.

– Хорошо, – холодно произнес мужчина, одетый в черную кожу, как мастер спорта по БДМС, только что защитивший черный пояс и отхлеставший им восторженную жертву эротических фантазий. Фу! – За шестую нужно доплатить… За ожидание тоже нужно доплатить…

Ага, еще скажите, что по двойному тарифу!

– Доплачу! Переноси! И никому не слова! – прошипел лорд как-его-там.

Старая? Горбунья? Да он что? Издевается?

Пока меня не шлепнуло на каменные плиты, я была уверена, что меня сложно не только переносить, но и вынести, о чем свидетельствовало отсутствие обручального кольца на моем безымянном пальце.

– Импэра! – представили меня, пока я мутным взглядом обводила огромный просторный зал и сплевывала ворс красной ковровой дорожки.