Венец Безбрачия

Сонно наливая себе чай, я просыпала сахар.

– Воробушек! Лети сюда! – прохрипела я, кашляя и пробивая каплями забитый нос. – Я тут сахар просыпала! Под плинтусом не забудь собрать!

К трем часам дня у меня был самый чистый палас, самый чистый пол и злейший враг на всю оставшуюся жизнь. Мой «воробушек» смотрел на меня так, словно проклял тот день, когда обрел бессмертие.

– Какой же ты у меня хозяйственный! – я осмелела и погладила вампира по голове. – Какой же ты у меня молодечик! Не мужик, а золото!

В коридоре еще оставалось немного мусора.

Прикинув по времени, сколько у меня есть в запасе, глядя на коробочку от пылесоса и на сам пылесос, чьи тонкие аристократические пальцы собирали по полу весь мусор, ведя строжайший учет каждой соринке, я достала пакет с крупной солью.

– Призовая игра, милый! У нас еще в коридоре грязненько… – сладко улыбнулась я, кашляя и снова оставляя свой сопливый автограф одноразовому платку. В тот момент, когда часы пробили шесть, я грустно провожала мой пылесосик-кровососик в последний путь.

Впервые в жизни мне было так грустно, ведь на полу еще оставалось немного земли.

– Ну что? Как успехи? – спросил меня знакомый голос, когда я подметала пол после коробки. – Актики подписать не забудь!

На кухонный стол легли акты. В открытое окно подул ветер, и листики рассыпались по полу. Я бросилась их собирать…

– Были деловые, стали половые! Наказание мое, – усмехнулся демон, – все, ты скоро станешь настоящим вампиром! Видишь, ты уже бумаги с пола поднимаешь… Все плохо… Процесс необратим…

– Я правда стану вампиром? – у меня на глазах выступили слезы, а из красного растертого платком носа потекли сопли.

 – Можно что-то сделать?

– Ну… – коварно заметил демон, поглядывая на часы. – Возможно… Поменяй лампочку в коридоре! Триста ватт – это как-то многовато… Понимаю, что по скидке, но все же… Прикрой окно, вылечи простуду и прекрати ныть. Согласен, это очень сложно, но ты попробуй. Так! У меня мало времени! Все, акты подпиши.

– Точно-точно не стану вампиром? – жалобно спросила я, закрывая окно.

 – И я не поняла, ты с женихами тоже контракт заключил?

– Я так понимаю, что болеть ты любишь, – заметил демон, пропуская мимо ушей второй вопрос. – Ничего, будем лечить…

Он исчез, оставив меня наедине с температурой, тремя килограммами чеснока и двадцатью шестью пропущенными вызовами, из которых пятнадцать – от мамы. Я отписалась, что у меня болит горло, заварила себе чай, выпила таблетку.