Сверхсущественное в Магической академии

Старое пердло

Трудно взять себя в руки, если они трясутся! Я сидела на стульчике, чувствуя, как стул вибрирует вместе со мной, пытаясь унести меня по коридору подальше от ужасно двери.

– Милдред Бембридж! – послышался раздраженный голос, а я едва не сползла по стенке, сливаясь с ней и чувствуя, как зубы выдают тревожную чечетку. В голове от ужаса все смешалось. Дышать удавалось строго через раз…

Дверь с грохотом закрылась, пока я усиленно вспоминала хоть что- нибудь из учебника. «На огненный шар, погруженный в человека, действует сила сопротивления, равная визгам жертвы: «Мама! Убивают!» и «Помогите! Горю!», – пронеслось в голове, а я доедала себя за то, что вчера вместо подготовки к экзаменам читала сборник магических анекдотов!

– Если бы я не х-х-ходила в т-т-туалет, то сэкономила т-т-три часа, которые могла бы потратить на подготовку к экзамену! – прошептала я, представляя сколько времени у меня было.

 – А если бы не ела, то двадцать часов! Почти сутки получаются!

Дверь открылась, а оттуда огненным шаром вылетела Милдред, бледная и перепуганная.

– Что спрашивали? – налетели на нее со всех сторон товарищи по несчастью. Она что-то пыталась объяснить, сползая по стенке. «Позовите некроманта! Нам нужно знать, о чем спрашивали!». Ее пытали заклинаниями, но она лишь всхлипывала, что получила «В. Возможно и лучше».

Давай, Иви, вспоминай! Параграф первый. Основы прорицания на кофейной гуще для чайников. Мозг отказывался работать, подсовывая мне все, что угодно, кроме нужного.

– На высший бал нужно предсказать, к-к-какой билет вытянешь, – послышался слабый голос Милдред. «Мы ее теряем!», – послышались встревоженные голоса, когда она снова попыталась сползти по стенке.

Дверь снова открылась, заставив всех притихнуть: «Иви Блэкроуз». Что? Я? Уже? Так быстро? Я не готова! А можно еще пару минут? "Тумс-тумс-тумс!", – колотилось в груди мое сердце, когда голос повторил: "Иви Блекроуз!".

Я шла по живому коридору, опустив глаза.

«Я заберу твой учебник!», – послышался голос за спиной, пока я на негнущихся ногах входила в экзаменационную аудиторию. В воздухе висел тяжелый запах благовоний, на столике перед роскошным столом комиссии поблескивал в свете свечей хрустальный шар. Рядом с ним лежала колода старинных карт.

– Проходите, студентка, – послышался слабый голос старого ректора, а его иссохшая рука указала на парящие в воздухе билеты.