Селфи на фоне дракона

Тут разговор подхватила бабка, сидящая по соседству:

– А жирная какая! Сразу видно, что ленивая!

– А чего она, спрашивается, к целителю сидит? Небось болячку срамную лечить пришла! – подхватила четвертая бабка.

Через пару минут в обсуждении меня были задействованы все бабки. Они так мастерски составили мне биографию и личностную характеристику, что я сама чуть с лавки не упала. Я вдохнула и выдохнула, чтобы не потерять самообладание, вспоминая о цели визита.

Но бабки даже не думали успокаиваться.

– Успокойтесь! Если так будете шуметь, я прекращу прием!

Самое интересное, что, когда он произнес «прекращу прием», в его голосе послышались нотки надежды и радости.

Бабки просто так успокаиваться не собирались. Они уже дошли до обсуждения моей личной жизни, которая представляла для них особый интерес, поэтому окрика целителя не услышали.

– Ну, все! На сегодня прием окончен! Я предупреждал! – крикнул целитель, едва скрывая радость в голосе.

Бабки враз умолкли и уставились на доктора.

– Расходитесь, прием окончен… Приходите завтра… – сказал целитель, глядя в умоляющие глаза бабок.

Делать нечего, старушки стали подниматься со своих мест и ковылять к выходу.

– Нужно пожаловаться императору! А как же бесплатное исцеление? Как же приказ «Доступные целители в любое время дня и ночи»? – бухтели бабки, исчезая за дверью.

– Надо с первыми петухами завтра сюда прийти! А то и раньше! Даже ложиться сегодня не буду, чтобы очередь занять… – кряхтела знакомая бабка с клюкой, проходя мимо меня.

Через пять минут я осталась в гордом одиночестве, понимая, что мне выпал шанс поговорить с целителем без свидетелей.

Я осторожно подошла к двери, постучала и заглянула.

– Прием окончен! – рявкнул целитель, впиваясь зубами в большой кусок хлеба.

– Простите, что прерываю вас. Приятного аппетита… – мне было ужасно неловко. Я всегда чувствую себя неловко, когда прихожу куда-то в обеденный перерыв. – Простите, что помешала вам мм… трапезничать, но не могли бы вы уделить мне пару минут?

– О боги! Первый обеденный перерыв за пять лет! И все равно его прерывают! – сказал целитель, откладывая хлеб и смахивая со стола крошки. На столе творился полный хаос. Вокруг лежали стопки бумаг.