Предложение руки и перца

Сделав глубокий вдох, возможно, последний в своей бесславной жизни, я достала из косметички золотую линейку с короной и перчатки. Я, конечно, доверяю мужчинам. Но перчаткам больше.

Словно фокусник я покраснела и сдернула покрывало, в надежде, что на меня ничего не выскочит. То, что королевское достоинство живет отдельно от хозяина меня смущало. Радовало лишь то, что совсем недавно оно уведомило хозяина о том, что я ему нравлюсь. И всех присутствующих тоже.

«Если кто-то об этом узнает, это будет грандиозный дипломатический скандал! Или война!», – пронеслось в моей голове, пока линейка холодила мою руку.

Мне было ее по-женски жаль. Она знала только восемнадцать сантиметров, и ни сантиметром больше. Бедняжка.

Мне не удосужились сообщить, откуда нужно мерять. Если я начну мерять от пушистого пупка, пройдут годы, прежде чем я, уже постаревшая доберусь до сути.

Линейка в моих руках дрожала от предвкушения. Мои руки от нервов. Вот такие мы с ней разные.

Я приложила линейку, понимая, что результат неутешительный.

Мне не давали инструкций на случай, если линейка кончилась раньше, чем удовольствие. Намного раньше.

Несмываемый, зеленый магический карандаш, так и просился в руки. Он очень хотел оставить свой след в мутной истории. Оставив символическую зарубку, и глядя на спящее «дерево», я мысленно представила тот момент, когда над ним склонятся целители. Возможно, болезнь назовут моим именем. И с принцем надолго перестанут здороваться за руку.

Однажды мама сказала мне, отправляя меня в Академию Магии, чтобы я училась хорошо, иначе буду подметать магией улицы.

Отец посмотрел на меня и заметил, что для будущей матери-одиночки – это не самая лучшая работа. Мои родители всегда умели мотивировать. Интересно, если бы они были живы, они бы взяли свои слова обратно?

Линейка, приложенная к зеленой несмываемой отметке, была удивлена. Я тоже слегка удивилась, занося данные в таблицу. Перо скрипнуло, записывая двузначную цифру, напоминающую пару белых лебедей на озере девичьих хотелок.

Принц оборотней что-то прорычал во сне. «Охотится!», – подумала я, продолжая замеры.

В моих руках сверкала золотом вторая линейка, но уже с дырочками разного диаметра. Я мельком взглянула на зеленое пятно от несмываемого магического карандаша, которое разрасталось и стекало вниз по королевскому достоинству. «Просто в сырости держит, вот и плесень!», – отметила я, добивая ногами в живот остатки совести.