Потому, что ты – монстр!

– Мадмуазель, пройдемте в гостиную. Я заварю Вам чай, – дворецкий показал рукой на комнату на первом этаже. В ней горел свет. А дверь была заманчиво приоткрыта. – По семейному рецепту. Он поможет Вам упокоиться и сдохнуть!

– Что? – крикнула я и отшатнулась на несколько шагов, чуть не снеся портрет на стене. Макс смотрел на меня, как на умалишенную. Мне это почудилось, или он и вправду это сказал?

– Чай, приготовленный по семейному рецепту, поможет вам успокоиться и отдохнуть, – терпеливо повторил дворецкий.

И первым направился в гостиную. Он был вежлив, как оператор горячей линии после слов: “Все разговоры записываются!”.

Я на ватных ногах, изо всех сил, цепляясь за перила, с опаской ставила ногу на каждую ступеньку.

Путь вниз занял не больше получаса времени. Сердце билось, а внимательно смотрела, куда ставлю ногу. На каждом шагу я оборачивалась и с подозрительностью: “Кто здесь!”, проверяла.

Не крадется ли за мной кровожадное чудовище, мечтающее увидеть бобслей по лестнице на похолодевшей попе.

Дворецкий терпеливо ждал меня в гостиной.

Он достал из сюртука дорогие часы с крышечкой. Макс не торопил, не подбадривал, лишь молча и невозмутимо стоял в дверях, видя мои потуги на разведчика.

Никогда Штирлиц не был так близок к провалу, как наступив на предпоследнюю чахлую ступеньку, которая провалилась подо мной. Доски хрустнули, решив, что без одной ноги мне будет намного удобней.

Кое-как выбравшись, я бросилась на свет, видя относительно уютный уголок.

Я ожидала увидеть все, что угодно, но не два кресла и круглый столик, на котором стояли старинные чашки с парящим чаем. Ажурные салфеточки были разложены возле каждой кружки. Золотые щипцы лежали рядом со старинной сахарницей. Сбоку уютно потрескивал камин.

– Вкусный, – прошептала я, отпивая небольшой глоток из кружки. У меня зубы стучали о бортик. – С-с-спасибо.

Дворецкий мило улыбнулся, отсалютовав мне своей чашкой.

Видимо, уют заставил меня слегка расслабиться и утонуть в мягком кресле с высокой спинкой.

– Вам нравится поместье, мадмуазель? – поинтересовался Макс, а меня передернуло, от воспоминаний пережитого ужаса. – Что-то не так?

– Нет-нет, все хорошо, – заикалась я, со всей силы гоня от себя страшные видения.