Потому, что ты – монстр!

– Какой красивый, – тихо произнесла я, подойдя ближе к портрету. Чем больше я всматривалась в портрет, тем сильнее убеждалась в собственных словах. – Очень красивый.

– Проститутка, – прошелестели плинтуса, по цепочке передавая последнюю новость. – Проститутка! Проститутка! Проститутка! Проститутка! Проститутка! Проститутка!

Новость о моей не отягощенной моральными принципами девичьей чести унеслась уже в коридор, а где-то снизу раздался громкий хрустящий звук и строгий голос Макса:

– Юная леди! Что происходит?

Я быстро спускалась по лестнице на голос дворецкого, боясь, что я еще что-нибудь натворю! А я умею! Я могу! Я-то себя уже знаю! Сердце все еще стучало, пока я пыталась осознать, что это поместье как-то связано с этим красавцем.

– Леди Маргарита, – старый дворецкий смотрел на меня и хмурился. Странно, но сегодня дворецкий был какой-то нечеткий. Его изображение слегка подплывало, а сам Макс был явно зол, – Почему плинтус вещает о распущенности?

– Проститутка! – выдал выдранный плинтус в руках дворецкого, пока второй внизу орал, – Что случилось? Мне не слышно!

– Я решила пройти в гостиную.

Брови дворецкого поползли вверх, а хватка на плинтусе стала сильнее. Странно, на вид вроде бы старый, а силы еще есть…

– И там висел портрет мужчины, – воспроизводила я всю хронологию своих действий под пристальным взглядом Макса. – Плинтус как-раз прошуршал, что я – невеста хозяина. Ну, я и подошла к портрету, надо думать, хозяина.

В этот момент я вопросительно посмотрела на дворецкого, но тот промолчал.

– Присмотрелась, и сказала, что он красивый. А они как давай обзываться! – пожала плечами я, понимая, что ответа, хозяин это или нет, я сегодня не дождусь!

Я ябедничала, в красках рассказывая про оскорбление личности, и что за это бывает в нашем мире.

Лицо дворецкого разгладилось, и он почему-то начал смеяться. Сначала тихо подхихикивал, а потом засмеялся в голос и переломил сломанный плинтус пополам.