Обет Безбрачия

 – Вот заветные палаты, где невесту кто-то спрятал!

Я смотрела на старенькую дверь, понимая, что у нас еще минута. Кто-то из родственников сунул жениху цветы, вызвав основательный сбой оперативной памяти и очередную попытку перезагрузки.

– Открывайте ворота! Где же ваша красота! У вас товар, у нас – капец! Собою знатный молодец! – хрипленько заорала я, ногой пиная чужую дверь и втаскивая жениха в маленькую прихожую, которую загораживала собой необъятная мама невесты, к которой сразу же подбежали подружки.

– На пути мы постоим! Катю мы не отдадим! – нестройным хором заметили подружки, намекая жениху достать кошелек.

– Ручку нам позолоти! Может, сдвинемся с пути! – снова заорали подружки, пока жених головой подпирал стену, а позади меня стоял заградотряд из его родственников.

– Где деньги? – спросила я, чувствуя себя переговорщиком. «У жениха! Мы ему вчера давали!», – послышались голоса родственников.

– Деньги? Ик! – вяло заметил жених, глядя на будущую тещу. – Мы Валерой вчера… Ик! Лена… Лена…

– Здесь ни Канны и не Ницца! Ленин завещал делиться! – спохватилась я, придерживая будущего главу семейства, глядя как из комнаты любопытно высовывается разукрашенная невеста. – Как же в мире жить нам страшно! Раз любовь у нас продажна! Вася любит вдохновенно! И любовь у нас – бесценна!

Мама всплакнула, а нам навстречу выбежала слегка беременная Катюша.

– Все, закончили мы шутки, у подъезда ждет маршрутка! Потом дообнимаемся, быстро набиваемся! – с остервенением выдохнула я, глядя, как папа невесты тащит на себе жениха вниз, а мать бегает с криками, что забыли каравай, ключи и салат!

Возле ЗАГСа стояло человек пятьдесят, пока пьяный Вася пытался поднять Катюшу и донести ее до дверей ЗАГСа.

– Будет Катеньку любить! Вечно на руках носить! – прокашлялась я, переживая за каждый неровный шаг жениха и видя, как рядом партизаном ползает фотограф.