Назло папе куплю маму

 – Это – не подарок!

– Согласна, я – сюрприз, – заметила я, уводя его палец подальше от себя.

– Ложитесь спать, юный хозяин! – прокашлялся Сморчок, глянув на меня нехорошим взглядом. – Ваши родители только что поженились! Им нужно уединиться!

– Не может быть! – обалдел ребенок, глядя на нас. – А ты говорил, что она тебе не понравилась! Значит, у меня теперь мама – настоящая? Это хорошо!

Дверь закрылась, а холодные пальцы меня отпустили.

– Мадам, не изволите ли вы пройти в столовую, – коротко приказали мне, скрипя зубами.

Когда вампир зовет тебя в столовую, в голове сразу начинает мелькать список имущества и родственников, которым это имущество стоит отписать последней волей. Вот так легким движением руки мама превращается в ужин!

Меня потянули по коридору, пока на том конце слышался скрипучий голос Сморчка, убеждающего, что папе и маме нужно побыть наедине. При этом его злодейский смех намекал, что мама может не пережить эту ночь.

Красивая дверь передо мной вежливо открылась, а меня галантно пропустили в столовую, в которой я еще ни разу не была.

– Одну минутку, – послышался вкрадчивый голос. Дверь прикрылась, пока я стояла в замешательстве.

В коридоре послышался такой жуткий грохот и яростное рычание, что я вздрагивала при каждом звуке. Судя по тому, что я услышала, в коридор пока лучше не выходить.

И вот дверь открылась, а в столовую вошел относительно спокойный хозяин. Лишь на мгновенье я увидела оторванные гобелены, огромные разбитые вазы на полу и то, что осталось от какого-то мрачноватого пейзажа, украшавшего стену еще пару секунд назад.

– Итак, у меня к вам есть предложение, – произнес вампир спокойным голосом, хотя в глазах плескалась ярость.

Он галантно отодвинул тяжелый стул с резной спинкой, а я неловко уселась на него, натягивая майку на дрожащие колени.

Эта галантность произвела на меня впечатление. В последний раз передо мной открывали двери, когда я выпрыгивала из травматологии со сломанной ногой.

– Что-то я проголодался, – послышался относительно ровный голос, а бледные пальцы сплелись в узел.

– Нет, спасибо! Я против! – занервничала я, пока моя последняя нервная клетка пускала себе пулю в лоб.

Мы сидели в разных концах стола, поэтому приходилось едва ли не кричать друг другу.

– У меня к вам есть серьезный разговор, – произнес хозяин, устало облокотившись на спинку кресла.