Назло папе куплю маму

Я испытала странный испуг – откуда- то пришло понимание, что надо вырываться, но я была совершенно бессильная, а сам поцелуй был таким яростным и жестоким, что я не могла даже поднять руки, чтобы оттолкнуть его.

На мгновенье его острый клык как бы невзначай скользнул по моей губе, вызывая мой сдавленно-возмущенный стон.

Все поцелуи, которые неравномерно размазались по моей короткой и скромной биографии, вызывали странное ощущение, словно щенок облизал меня в детском саду.

– Что мы собирались пожениться? – спросил голос, а я все еще проверяла языком, идет ли кровь от такого поцелуя или нет.

 – Выходи за меня замуж!

Что?! Я чуть не села. Замуж? Зачем? За него?

О замужестве я как бы не задумывалась. Может, потому что еще не встретила того человека, которому однажды скажу: «Я рожу тебе дюжину детей, мы построим дачу, я буду закатывать скандалы и помидорчики. А ты глаза и ковер, чтобы отнести его в гараж!».

Не успела я опомниться, мою руку схватили, натягивая на нее какое-то кольцо.

– Теперь мы муж и жена! – заметил хозяин, глядя на растерявшихся дядечек.

Все это время они стояли так, словно мимо них на огромной скорость пронесся розовый носорог, за которым гнался холодильник. А следом за ними маньяка с топором.

Я с мольбой взглянула на них, но меня тут же прижали меня к себе с такой силой, что мы чуть не стали сиамскими близнецами. Его рука лежала на моем плече, ласково царапая его когтями.

– Нашел все-таки лазейку, – выдохнул маг с бородкой. Его голос прозвучал слегка разочаровано.

– Как я и говорил. У нас просто большая любовь. С первого взгляда. Вспыхнула внезапно, – усмехнулся хозяин, приторно улыбаясь. Я хотела отойти в сторонку, но меня не отпускали. – И никакого незаконного удерживания. Теперь все законно! Да, любовь моя!

Его глаза сузились, а он смотрел на дядечек красноречивым взглядом: «Выкусите!».

– Ну, значит, обвинения по статье «незаконное удерживание» снимаем, – выдохнули маги. «Я же говорил, что выкрутится! Он бы и не выкрутился!», – проворчал чародей с завитой бородкой, зыркая на нас.

 – «Мы ничего поделать не можем. Он на ней женился. Теперь официально она его супруга. И пребывает в нашем мире на законных основаниях!».

Мне хана!

Либо мой взгляд, наполненный жалобной мольбой, либо их совести взыграли в них нестройным хором, но один из них вдруг отозвал остальных, и они о чем-то зашушукались.

– Итак, мы будем каждый день, возможно даже и не один раз проверять, как обстоят у вас дела.