Фу такими быть! Или Мистер и Миссис Фу

Она обернулась к старому чародею:

– Ой, мое сердце не выдержит такого позора! Вы уж меня извините! Он просто сегодня нервничал! Еще бы, это первая девушка, которую он увидел!

– О, как я его понимаю. Я после закрытой Академии Магии для юношей, тоже бросился на первую попавшуюся девушку! – кивнул Арнеберт.  – А она не ответила мне взаимностью. Мраморная дура!

– Видимо, зрение подводило вас уже тогда, – заметила Цирцея, строго воспитывая орущую жабу.

– Просто она была ослепительно красива. Бесчувственный кусок породы, – язвительно заметил мастер Арнеберт.

Цирцея грозно потрясла пальчиком несчастной жабе.

– Я вижу, что тебе очень стыдно! Что ты раскаиваешься! Я что? Первый день тебя знаю? – слышался голос чародейки.

Жаба явно раскаивалась. Ей было очень стыдно.

– Это же девушка! – продолжала читать нотацию Цирцея. – Так с девушками нельзя! Это – твоя будущая невеста!

– Они сошли с ума, – послышались детские голоса из кустов.

– Что?! – обернулись чародеи.

– Ай! Ты меня ужалил заклинанием! – послышался внезапный писк из кустов.

– А ты меня…

И началось! Два комка грязи, сцепившись, выкатились из кустов. А потом брызнули врассыпную, обмениваясь любезностями и мелкими заклинаниями.

– Это… это были просто жабы! – нервно замялась Цирцея, задвигая ногой жаб в кусты. – Обычные жабы… Брысь, брысь, брысь! Детки, у вас все хорошо?

– Снимите ее с меня! – слышался сдавленный голос. А поверх одного комка грязи сидел второй.

– Привыкай, мальчик, женщины они такие, – вздохнул Арнеберт.

Чародеи снова очутились в гостиной. Впереди был важный разговор. Настолько важный, что к нему готовились целый год!

– Только сейчас дошло! Почему мы не воспользовались телепортацией? – заметила Цирцея, вытирая руки кружевным платком. – Мы могли бы сразу переместиться в сад!

– Наверное, мы стареем, – вздохнул Арнеберт. Он налил себе заклинанием в кружку что-то по цвету напоминающее чай.

– Да, время к нам беспощадно, – горестно вздохнул Цирцея, прикасаясь к своему лицу.

– Я смотрю, вы часто просите у него пощады, – язвительно заметил старый чародей.

Он кивнул на баночки крема, разбросанные по комнате.

– Так, на чем мы остановились? Ах, на браке! Моей внучатой племянницы и вашего племянника!

Чародейка тут же забыла о морщинах.  Наскоро поправив прическу, она уселась за столик.