Феерическая Академия

Еще бы! Да тут каждая первая мечтает о таком мужика, а тут я со своим «Здрасте, подвиньтесь, красавицы!». – С чего это мне выпала такая честь из чужих штанов?

– Не обольщайся, – коротко произнес Оберон, а на его губах дрогнула презрительная улыбка. – Мы ограничимся поцелуями. Это – мое условие. Ты – всего лишь случайность. Ты – не фея, и я это сразу понял. А вот крылья твои мне знакомы. Была одна фея, которая занималась тем, что поставляла мне своих крестниц.

– Ее случайно не Сутенер звали? – прищурилась я, сползая с кровати.

На меня вопросительно посмотрели. – Хорошо, у нее в фамилии есть слово «сутенер»?

– Я не понимаю, о чем ты. Но этой феи больше нет, а у тебя ее крылья, – тихим голосом произнес Оберон, глядя на меня в упор. – Это означает только то, что у нас с тобой есть маленькая тайна. Поэтому не стоит задавать мне вопрос: «Почему я?», если боишься, что кто-то узнает твой правдивый ответ.

– И как снять проклятие? – сардонически спросила я, взвешивая перспективы и понимая, что они отнюдь не радужны.

С одной стороны, он мне чем-то даже нравился. И не только внешне. Люблю мужчин, которые знают себе цену. Но не люблю тех, кто ее постоянно называет.

– Как ты думаешь, первый, второй или третий вариант? – спросила я, глядя на красивую фигуру и бледный профиль.

– А почему ты спрашиваешь? – напряглось его величество, не понимая о чем я. Мужская самооценка уже искусанная мной, мстительно посмотрела в мою сторону.

– Так первый, второй или третий? – подняла брови я, глядя на него и чувствуя, что непреодолимое желание задушить его, не покидает меня с момента первого откровения.

– Допустим, первый, – надменно ответил Оберон, рассматривая сверкающий камень и поглядывая на меня. В его руках собирался сверкающий браслет из сверкающих камней.

– Отлично! Значит, «засосальщик». Были варианты «вантуз» и «лобызун», – ядовито ответила я, спуская ноги на пол и пытаясь скрыть смесь растерянности и раздражения. – У меня появился персональный «целовальный» мужик. Слушай, а феи, случаем, не поцелуями размножаются? А то мало ли…

– Наверное, я тебя огорчу.

Нет, – изрек насмешливый и высокомерный голос, а я пыталась понять, сколько ему лет на самом деле. Нужно же знать возраст, за который вырастает такое самомнение? – Я разрешаю тебе делать все, что хочешь, только при условии, что ты отсюда не сбежишь.

– То есть, я – пленница? Так бы и сказал, – произнесла я, чувствуя, что мое настроение обрело свои крылья и куда-то улетучилось.