Феерическая Академия

– Аааа! Дикая Охота! – верещали откуда-то снизу, а я сквозь пелену клубящихся туч видела разбегающихся людишек.

– Помогите! – пищала я, чувствуя, как меня сдувает с седла, а я вцепилась в Альбераунта, как в родного. Его улыбка напоминала опьяненный азартом оскал. Его глаза сверкали, а конь ускорялся.

– Помогите! – орали снизу, а ветер доносил перепуганные голоса.

– Помогите! – пищала я, пытаясь зажмуриться и сплюнуть собственные волосы, набившиеся в рот, когда конь полетел на такой скорости, что у меня в зобу дыханье сперло.

– Опять кого-то похитили! Дикая Охота снова похищает людей! – кричали люди снизу, а до моих ушей донесся тревожный набат. Вы-то чего орете? У вас там есть земля!

Кони взяли курс куда-то вниз, а мы пошли в крутое пике. Я чувствовала себя котенком, который мечтает стать чьей-то шипящей шапкой. Впервые Дикая Охота сопровождалась дикими визгами!

– Тормози!!! – визжала я, а земля неумолимо приближалась, а я мысленно представила мужиков с лопатами, которые отскребают поутру последствия моего «Я же предупреждала!».

Все! Мы сейчас в оладушек! А потом какая-то сволочь обязательно скажет: «Смотри, какая кобыла была с крыльями!».

Земля разверзлась в последнюю минуту, кони нырнули в изумрудную зелень холма, проносясь сквозь сгустки сизой дымки, а я так и застыла с открытым ртом, чувствуя, как сердце все еще колотиться в груди. Меня сняли с коня, поставили на странную траву, а я неловкой покачнулась и упала, целуя каждую травинку, цветочек и так далее. Еще ни одна фея так не любила природу, как та, которая прокатилась вместе с дикой охотой.

Да – да, и ты – самая замечательная травинка на свете…

– Адрес укажите, пожалуйста, – спросила я, немного отойдя и сумев наконец-таки подняться на ноги.

– Графство Голуэй, Холм Кнок Ма, – послышался голос, а надо мной склонились, вежливо подавая руку.

– Нет, спасибо, вы можете ехать. Сколько я вам должна за спасение и поездку? – вежливо улыбнулась я, всем видом давая понять, что предпочитаю любить природу в одиночестве.

После такой скачки мне не терпелось выразить всю любовь вон в тех кустиках. Черные всадники улетучились, конь растворился в воздухе, а меня подмывало уточнить места его возможного пастбища, чтобы на всякий случай любить природу как можно дальше.

Альбераунт, протянул мне руку в перчатке. Над нами простиралось странное небо, на котором не было видно ни солнца, ни звезд, ни луны. Казалось, что здесь, внутри холма мир застыл в вечных фиолетовых сумерках.