Сто оттенков неба

 – Прости. В тот день честнее было бы признаться, а не таить это в себе.

Вновь возникла пауза, которую я не спешила заполнить.

– Саш, я не знаю, как это произошло… – потушив первую, она закурила вторую сигарету. – В прошлом году, когда ты с бабушкой бегала по больницам, Димка сам подошел ко мне. Сначала он спрашивал о тебе, как чувствует себя Софья Константиновна. Затем стал провожать домой, звонить, просить спуститься. Даже в кино приглашал, и в кафе ходили несколько раз.

Рита все это время не смотрела мне в глаза, курила, уткнувшись в одну точку на столе.

– Ну, а потом поцелуи, съемная квартира, первый секс. И все.

Затушив окурок, она подняла на меня глаза, в которых стояли слезы.

– Почему?

Я не предполагала, что между ними все так далеко зашло. И зачем парень прилагает столько стараний, чтобы один раз переспать и бросить.

– Потому, Саш. Он получил свое, больше я ему была не интересна. Я месяц ночами плакала в подушку. Мы тогда три раза переспали, и я даже не подумала о том, что надо предохраняться.

Смеется Рита сквозь слезы, утирая щеки кулаком. Я сижу и не знаю, что сказать.

– Эта любовь мне не принесла ничего кроме унижения и боли. Это только в книжках пишут: оргазм в первый раз, звездочки в глазах. Не верь! Я чуть от боли не померла. Говорила Диме, что больше не хочу, а ему посрать. Каждый последующий раз был больнее предыдущего.

Чайник на плите давно свистел, а я никак не могла встать, чтобы заварить нам чай.

– Ненавидишь меня? – плача, спросила подруга.

– Долго над этой фразой думала? Я тебя сейчас дурой обзову и буду права. Меня от злости и ненависти трясет, но только совсем к другому человеку. А ты могла и раньше мне довериться!

Подойдя к ней, обняла и крепко прижала к себе. Хотелось поддержать, передать ей частичку тепла. Дать понять, что она не одна. Родителям Рита не доверится, а кроме меня нет у нее близких подруг.

– Давай чай пить? – спросила она, успокоившись.

– Убери со стола эту гадость! – кивнула на остывшие бычки и полупустую пачку сигарет.

Рита выбросила все в мусорное ведро.

Попив чаю, мы даже сели вместе заниматься. В девять часов она убежала домой: счастливая и спокойная. А я села зубрить химию. До десяти часов оставалось еще двадцать минут, а текст никак не хотел усваиваться. Я каждые две минуты смотрела на телефон.