Затаив дыхание

Но никогда я не была в роли безропотно подчиняющейся игрушки, никогда не отдавалась мужчине, соглашаясь абсолютно на все. А фантазии совершенно незнакомого мужчины пугали похлеще самых жутких кошмаров. Мое воображение рисовало картинки, в которых меня подвязывали к потолку и избивали плеткой. И становилось жутко до спазмов в желудке.

Я была замужем три года, да и до Антона у меня были мужчины. Но никогда не было безропотного подчинения. А тут это было прописано отдельным условием черным по белому. И дальше содержался пункт, в котором говорилось, что, если для меня что-то окажется неприемлемым, договор будет расторгнут в тот же момент.

А это означало, что именно мое подчинение ему и нужно. И, возможно, ранее бывали случаи, когда кто-то отказывался. Я ведь не знаю, сколько таких, как я, раньше было в его постели. Черт, как же гадко и противно.

Встаю с дивана и иду на кухню. Нахожу стакан и коньяк, наливаю янтарной жидкости и делаю глоток. Тепло разливается по горлу, попадает в желудок.

Через пару минут тело немного расслабляется, и я возвращаюсь к своим мыслям и договору. Снова перечитываю его, взгляд все время цепляется за строки про полное повиновение.

Черт, черт, черт…

Меня не столько смущает само содержание контракта, которое превращает меня в шлюху с большим гонораром, сколько гребаное условие полного подчинения. Я никогда не была покорной. С детства я была упрямой, делала все по-своему, чем бесконечно злила сначала своих родителей, а потом мужа.

И вот теперь мне предлагают тренировать мускул покорности, которого у меня даже нет.

Возвращаюсь к пункту, в котором сказано про оплату "услуг". Вчитываюсь в сумму, которая прописана цифрами, а потом продублирована уже словами. Просто нереальная сумма, даже для меня, привыкшей к совсем не скупым перечислениям на мою карту бывшего мужа. Снова прикидываю, на что смогу потратить эти деньги и как свободно выдохну, когда, наконец, закрою кредит на квартиру и она станет полностью моя.

Взгляд падает на соглашение о неразглашении информации. И снова внутренне сжимаюсь от осознания, что этот тип сможет делать со мной что захочет, а я даже рассказать и пожаловаться кому-то не могу. Что ж, он все предусмотрел. Если подпишу, буду связана теми рамками, в которых ему выгодно меня связать. Это превратит меня в игрушку, вещь, хоть и высокооплачиваемую. Как бы я не нуждалась в деньгах, соглашаться на такие условия небезопасно и опрометчиво.