Русалка

Но все её проклятья и слёзы, мольбы и уговоры как в воду канули, ибо нет никакого дела океану до горестей ничтожного обитателя земли и моря. У океана есть дыхание, но нет сердца.

Много воды с тех пор утекло, и наконец перестала Амелия дожидаться той лодки, опомнилась от горя и не желала больше пересохнуть бескрайнему океану, ведь где-то там живут её родные и близкие, глядишь, когда-нибудь и захочется к ним вернуться, а пропади океан насовсем, как же быть тогда?

Со временем горе отступало. Хотя оно всегда будет занозой в груди, но тугой клубок мало-помалу распускался, и печаль медленно рассеивалась.

Она было даже всполошилась, что утихнет тоска – сотрётся и память о Джеке. Силилась припомнить его лицо, и не смогла – мерещилась одна лишь лодка, всё дальше и дальше уходящая от неё в море.

Бросилась тогда Амелия в спальню, отыскала мужнину фуфайку да уткнулась в неё носом. Не выветрился до сих пор родной запах, осталась самая малость, и как почуяла его вдова, так будто и явился перед ней Джек – лукавые морщинки вокруг глаз, белозубая улыбка, стук башмаков по полу.

И тут она сообразила, что отворачиваться от моря всё равно что от Джека, ведь свело их как раз море.

В ту самую ночь Амелия вернулась в бухту, где впервые обернулась женщиной, сама не своя от тревоги и смятения, как в тот раз. Удастся ли теперь превратиться в русалку? А вдруг иссякло волшебство, что открывало переход меж сушей и морем, когда отреклась она от океана?

Задумалась Амелия, да так крепко, что и не приметила одинокую лодку с рыбаком, а тот узрел, как скинула она платье да бросилась в воду.

И лишь потом, когда в деревне обступили её женщины рыбьим косяком, поняла она, что тайна её раскрыта, да к тому же давненько. Но не выдавали её односельчане, хранили эту тайну долгие годы и не позволяли слухи распускать.

Но как они ни старались, всё же объявился на утёсе незнакомец и напросился на чашку чаю.

И объявился неспроста – по глазам видать. Такого в толпе и не заметишь – ростом не вышел, кареглазый шатен, ни усов, ни бороды, с саквояжем в руках. Совсем обессилел, едва на ногах держится.

Должно быть, пешком добирался от самого города, вот и притомился. Да и продрог к тому же, вон как руки трясутся, запыхался, еле дышит, хоть и виду не подаёт.