Знойная пустыня

Он хотел доказать мне, что есть еще люди справедливые и мужественные, вроде вас. Я переживаю трудное время, во всем сомневаюсь, мне нужен был идеал – познать безупречного человека.

– И вы поверили в небылицы Гарри?

– Небылицы? Не знаю. В моих глазах вы – герой.

Она что, смеялась надо мной? Я не был уверен.

– Ваши комплименты тяготят, Дженнифер. Вы что, знали, что я приду?

– Я очень надеялась… Вы могли бы захотеть вернуться прямо в Париж.

Она склонилась ко мне.

– А девушка в Брюсселе… Вы очень ее любили?

– Не хочу об этом говорить.

– Можно влюбиться за секунду, – сказала она, приблизившись ко мне.

То здесь, то там порывы ветра, аромат деревьев, нас окутывала, как компресс, ночная влажность.

– Я не сумасшедшая и не свихнувшаяся, но после недавнего шока у меня уже нет прежних оснований для суждения. Поверьте, еще несколько недель тому назад я никогда не сказала бы кому-нибудь: «Хотите поцеловать меня?» Сегодня вечером все иначе. Я изменилась, и вы мне очень-очень нравитесь.

Сопротивляться девушке, так мирно предлагающей себя? Не надо требовать от мужчины невозможного.

Она скользнула в мои объятия, и мы буквально замерли в поцелуе. Языки наши толкались и ласкались, ликование. Потом я попробовал ее шею, уши, лоб, покрывшийся соленым потом, опять губы; она напоминала вкус тропического моря. Говорят, те, кто тонет, вновь видят свою жизнь. Утопая в этом поцелуе, я стал от желания слеп, глух и слаб.

– Там, – сказала она, освобождаясь.

Она указала на темный угол террасы.

– Там есть зал.

Я остановил ее.

– Вы не в нормальном состоянии.

– В нормальном! Но не в привычном. Мистер Уолтер, вы здоровы телом, а не только духом?

– Мне неизвестны пока никакие болезни.

– Кроме печали, которую вы носите здесь…

Она коснулась указательным пальцем места, где бьется сердце.

В рассеянном лунном свете глаза ее блестели, приоткрытый рот искал мои губы. Она сняла свой белый парик, освободила богатую шевелюру. Губы ее коснулись моих.

– Пойдемте? – спросила она.

Я впитал в себя запах ее влажных волос.

– Вам нечего бояться, – сказала она. – У меня было два любовника, утилитарных, чтобы узнать, что такое физическая любовь. С чисто практической целью.

Я оценил абсурдность.

– А я? Вы хотите усовершенствовать ваши опыты?

– Если находите меня отталкивающей, мистер Уолстер, уходите. Если же нет, проводите меня хотя бы до салона. Там есть зеркало, я хочу вновь одеть парик, прежде чем вернусь в бальный зал.