Боги и не боги

В итоге, получившаяся гремучая смесь… немного дразнит меня, это одна из немногих моих собственных эмоций. Небольшая слабость, которую я решил себе позволить.

– А я думала, что просто люблю тебя, – хмыкнула я, пытаясь добавить иронии.

Хотя внутри что-то внезапно оборвалось.

– Понятия не имею, что люди подразумевают под этим словом.

– Ясно. А если бы у меня была хоть малейшая надежда, что ты способен будешь хоть когда-нибудь меня полюбить, вот даже совсем немного, мои чувства бы изменились на что-то не такое… гремучее.

– Получается так.

– Эгоист, – усмехнулась я невесело, прижимаясь щекой к его плечу, чтобы он не увидел выражение моего лица.

– Разумеется, – пожал плечами мэтр Купер, – иначе и быть не может. Важнее личных интересов только Дом и Семья. И то не для всех. Я такой, какой я есть.

– Хех.

Он помолчал немного.

– Я честен с тобой.

– Ценю.

– Нет, не думаю, что ты вполне понимаешь, что я вообще имею в виду. Но есть еще кое-что.

Мы оба замолчали, и остаток лестницы прошел в тишине. Я обдумывала сказанное. Безвыходная у меня ситуация, прямо скажем, а уж если он прямым текстом говорит, что хочет меня слопать, просто сдерживается… Да уж. Вот тебе и любовь.

«Ладно тебе, – вклинился вернувшийся Шепот, хотя голос его стал непривычно глухим и слабым, – ты же сама понимаешь, что это невозможно. Он действительно честен. Предлагает тебе только то, что может дать: компанию, защиту, некое странное подобие дружбы. Соглашаться или нет на такие условия – зависит только от тебя».

«Чего ты ожидала?» – печально проговорил Лусус.

«Чуда, – призналась я, – как в сказках».

«Ты же маг, образованный, ну какие такие чудеса, а?»

«Как в сказках, – повторила я упрямо, – найти какой-нибудь артефакт, исполняющий желания».

«Пф-ф!»

«Поменьше скептицизма, Лус. Я ж геомант! А вдруг?»

Дэвлин открыл небольшую дверь, и каким-то странным образом мы оказались в его кабинете. Он усадил меня в кресло, налил красного вина в бокал и заставил выпить. А потом позвал Гнарла и попросил собрать остальных. Через несколько минут все уже сидели вокруг стола, а мы за все это время больше не обменялись ни словом, ни взглядом.