Боги и не боги

Я не глупая, я понимаю, какой он…

Я просто не нашлась, что ответить. Прекрас-с-с-сно. Потом осторожно коснулась ее эмоций – все так, влюблена отчаянно.

– И еще… – она очень хотела что-то сказать, но опять не решалась.

– Что?

Елена подняла на меня глаза и посмотрела с вызовом.

– И еще, как я могу в чем-то тебе уступать, если ты все время у него перед глазами? И он все равно будет сравнивать!

У меня отпала челюсть. Так это, значит, я во всем виновата?

– Я же понимаю, что между вами что-то было, – продолжила она выговариваться, – а может, и сейчас все еще есть.

Это видно. Мужчина не будет так смотреть на кого-то, кто ему совсем безразличен. Я не должна быть… хуже, понимаешь?

Я понимала.

– Почему у вас ничего не получилось? – требовательно спросила сестра.

Ну что ж, рано или поздно нам нужно было об этом поговорить.

– Потому что мы даже не пробовали, – честно ответила я, – а может, потому что мне нужен Дэвлин. Хочешь понять, что будет, если все пойдет… не так? – спросила я ее.

 – Так сказать, на моем примере?

Будь я трезвее, я бы никогда этого не сделала, но сейчас… Она очень хотела вызвать меня на откровенность, ее она и получила.

– Не понимаю тебя.

– Я пережила нечто похожее, – попробовала я аккуратно подобрать слова, – но у меня все кончилось… не слишком весело.

– Да, хочу, – тряхнула сестра челкой, беря меня за руку, – но не из-за себя. Я просто хочу знать, что с тобой происходит. Ты же ничего мне больше не рассказываешь! То появляешься с лихорадочным блеском в глазах, то выглядишь, как вернувшаяся с того света тень.

Я же тоже переживаю за тебя, понимаешь?

Я аккуратно потянулась к тому комочку пепла, в который превратились мои собственные эмоции, когда я осознала, что ничего у меня с Дэвлином не выйдет в принципе. Вытащила. И поделилась с сестрой. Глаза ее распахнулись еще шире, она моргнула несколько раз и по ее щекам потекли слезы. Она зажала себе руками рот, а я мысленно перебирала самые драгоценные свои сокровища: вот я вижу Дэвлина первый раз, вот он отодвигает меня себе за спину, защищая от всего мира.

Вот я пытаюсь закрыть его от смертоносных лучей в форте, а вот мы танцуем на балу бургомистра. Вот единственный раз, когда я поцеловала его, вот мы сидим молча в темной гостиной, едва соприкасаясь пальцами. Вот драка с двумя боевыми магами при штурме Аскары. И, конечно, его ладонь, оставляющая печать. Я закрылась.

Почти минуту мы молчали.