Волчья магнолия

Я возражала, плакала, умоляла… Однако мадам осталась непреклонна – по документам она являлась моей опекуншей и могла распоряжаться мною вплоть до двадцати одного года. Наверняка состряпать такой документ ей помог один из любовников!

В тот же вечер я сбежала в город и попыталась лишиться невинности с парнем, что подрабатывал в лавке миссис Джексон. Тот давно интересовался мной, дарил крохотные букетики цветов и норовил проводить. Уж лучше так, чем за деньги. Однако стоило ему прикоснуться ко мне, как нас обоих скрутила болезненная судорога, – Кларисса позаботилась и об этом.

В моем браслете, подаренном на четырнадцатилетие, был артефакт, с помощью которого она могла контролировать меня.

И вот незадача: снять его невозможно.

Неужели Кларисса решила, что мое время пришло? Ведь я обшивала почти всех девушек в Доме, работала от зари до зари! Я отрабатывала свое содержание и надеялась погасить долг – деньги, что были потрачены на меня за эти годы.

Стиснув зубы, я сделала глубокий вдох, чтобы подавить зарождающуюся панику.

Сперва нужно выяснить, в чем дело.

Мадам принимала в своем будуаре на втором этаже. Странно, что она вообще заперлась у себя, – обычно она встречала первых гостей лично.

Для того чтобы подняться к ней, мне пришлось пройти по салону. Я набросила на голову капюшон и проскользнула внутрь. Здесь уже звучала музыка из новомодного магофона, газовые лампы были приглушены. Одетые в полупрозрачные платья девушки порхали между мужчинами, с удобством расположившимися на диванах.

Слышался звон бокалов, женский смех и чье-то прерывистое дыхание. Как бы того покрасневшего старикашку не хватил удар – такое уже случалось в прошлом году.

К счастью, благодаря моей одежде и торопливости, с которой я преодолела зал, мне удалось прошмыгнуть практически незамеченной. Лишь один из мужчин – блондин лет тридцати в баснословно дорогой рубашке, потягивающий виски, – проследил за мной взглядом. К горлу подкатил ком, а вдоль спины пробежал холодок. Что-то мне не нравится этот тип.

Уставился на меня, когда вокруг него вьются сразу две девушки.

Взбежав по лестнице, я остановилась перед дверью мадам и сделала глубокий вдох. Прародитель, пожалуйста, пусть все обойдется! Я быстро постучала и, дождавшись разрешения, вошла внутрь.

Мадам возлежала в своем любимом кресле и курила сигарету через изящный мундштук. Роскошные медные волосы рассыпались по плечам, сорочка обрисовывала аппетитную грудь и осиную талию.