Скверная жена

Скорее, просто забудет о моем существовании, едва мы окажемся в Хейдорине.

– Тогда чего он хотел? – восторженно распахнула глаза Кара. Я узнавала этот лихорадочный блеск – наверняка сестрица уже придумала крайне романтичную теорию. – Он хотел остаться с тобой наедине. Именно поэтому он выбрал тебя, а не Николь – ты ему понравилась!

Я поморщилась, проглотив резкую фразу.

– Поверь, темный явился сюда не ради жены. Его интересует лишь политика.

– Тогда зачем он приходил в твою спальню? – спросила Тина. – Это ведь неприлично!

Я озадаченно моргнула.

– Понятия не имею, – пожала я плечами и мрачно добавила: – Может, хотел убедиться, что я не сигану в окно!

Кара внезапно смутилась и бросила короткий взгляд на сестру. Я прищурилась:

– Похоже, и вы явились не просто так.

Тина виновато кивнула:

– Мы пришли бы поддержать тебя в любом случае! Но мама велела проследить, чтобы ты «не наделала глупостей».

Я сглотнула вставший в горле ком и махнула рукой.

– Можете быть спокойны. Я не собираюсь сбегать. Лэй Шайен еще пожалеет, что выбрал меня!

– Он тебе понравился? – Кара плюхнулась на кровать и, подставив под подбородок ладони, с любопытством уставилась на меня. – Он ведь красивый!

Я неопределенно покачала головой. С ее словами было сложно спорить – Шайен и впрямь хорош собой: ничего общего с женственной красотой жениха Николь. Темный был высок и широкоплеч, но его лицо с резкими чертами притягивало взгляд.

– Нет.

Кара разочарованно вздохнула и вдруг всхлипнула.

– Мы будем скучать по тебе.

Я села на кровать и обняла обеих близняшек. Они вцепились в меня, а я легонько погладила Кару по спине и сжала ладонь Тины.

– Я тоже буду скучать! Но мы обязательно можем обмениваться письмами. Я буду писать вам каждую неделю.

Вообще-то у меня не было уверенности в том, что мне позволят это, но я найду способ связаться с близняшками.

– Жаль, что мы не сможем приехать в гости, – посетовала Тина.

– Уверена, слухи здорово преувеличены, а Хейдорин не сильно отличается от Ристана.

Девочки заулыбались, а я перевела сбившееся дыхание. Я сама себе не верила: ладони стали влажными, а сердце кольнуло. Темные не пускали на свои земли светлых – никого, кроме супругов и, в редких случаях, их личной прислуги. Хотя вообще-то у светлых имелось право на дипломатические визиты, но мы не пользовались им.