Призраки глубин

Затем я вышел в гостиную вскипятить себе бодрящего кофе перед долгой дорогой и вдруг понял, что на моем диване кто-то сидит. Утреннего света все еще было слишком мало, и я не мог разглядеть незваного гостя. Сперва я подумал, что это Барри вернулся, чтобы дождаться, когда я проснусь и начать снова меня отговаривать от предстоящего странствия. Но фигура была слишком сухая и жалкая, совсем не похожая на толстого инспектора.

– Кто здесь? – я стоял посреди гостиной в одном белье, все еще силясь рассмотреть странный силуэт.

– Вы… Вы говорили, что найдете моего мальчика…

Голос старухи был странно шипящим, как будто у нее разом выпали все зубы. Она поднялась на ноги. Я с трудом различил в полутьме, что она странно одета для такой погоды – на ней не было верхней одежды, лишь какие-то бесформенные лохмотья.

– Я именно этим и собираюсь сейчас заняться, я оставлял вам записку… Как вы сюда попали?

– Вы говорили, что найдете… – со странным свистом выдохнула старуха.

Я сделал шаг ей навстречу, и тусклый утренний свет выхватил ее искореженное лицо.

Одежда на ней была окровавленной и изодранной, а на коже повсюду виднелись глубокие рваные порезы. Ее рот исказился из-за разорванной нижней губы, несколько передних зубов отсутствовали.

– Господи, что с вами произошло?

Я ринулся к ней, чтобы поймать ее падающее обессиленное тело. Она оказалась легче, чем я думал – я без труда взял ее на руки и уложил на диван, а затем быстро осмотрел ранения.

Хотя я был ужасно далек от принципов медицины, но сразу понял, что несчастная неизбежно умрет.

Помимо бесконечных ссадин и глубоких рваных ран, у нее на шее зияло несколько округлых проколов, из которых тонкой струйкой стекала кровь. На полу у дивана уже успела собраться целая темно-алая лужица – очевидно, израненная старуха сидела здесь уже давно.

– Что случилось?!

Женщина тяжело сопела, стараясь не задохнуться. Ее тощие сухие руки напоминали тонкие ветви дерева. Я не сразу заметил, что у нее они сломаны в запястьях.

– Кто это сделал с вами? Вы можете говорить?

– Мальчик… мой мальчик… – просипела старуха.

Крупные капли крови стекали по ее загорелой коже отовсюду, и я не знал, как ей помочь, потому что все ее тело было искорежено. Я лишь беспомощно стоял над диваном и старался узнать у нее имя того, кто совершил это. Но женщина уже была наполовину мертва: замутненными глазами она таращилась в потолок, словно перед ее взором происходила другая картина, спрятанная от моих глаз.