Дом поющих стен

 – Ты разве никогда не бывал на таком прежде?

– Нет, – смутился мальчик. – Только читал о нем в старых газетах.

– Ну… Что же… – Энни подпрыгнула и ловко сорвала с дубовой ветки большой пряник в виде человечка с раскрытым зонтом, быстро стащила с него упаковку и одним махом откусила фигурке и голову, и шляпку зонтика. – У тебя есть прекрасная возможность наверстать упущенное!

Джек неуверенно продолжал топтаться на месте, наблюдая за тем, как белоснежные зубки девочки перемалывают карамельные леденцы – один за другим, словно она никак не могла утолить свой голод.

– По-моему, это не самая удачная идея, – произнес он наконец. – Мы ведь понятия не имеем, откуда здесь вообще взялось это место…

– О, да ладно тебе, – нетерпеливо отмахнулась Энни, слизывая со своих пальцев сахарную пудру. – Я бывала здесь тысячу раз. Просто бери то, что тебе хочется, и ни о чем не думай!

Мальчик тяжело вздохнул.

Что-то в этом сладком раю его настораживало. Он никак не мог отделаться от скользкого, неуловимого ощущения нарастающей тревоги.

Вся эта пестрая съедобная мишура лишь усиливала предчувствие какой-то смутной беды, зависшей в воздухе. И этот едкий запах незримой опасности не мог завуалировать ни аромат свежих булочек, ни даже благоухание цветущих розовых кустов.

– Я, пожалуй, пойду осмотрюсь, – заявил Джек, так и не притронувшись к сладостям. – Поищу здесь следы Питти.

Бегло кивнув в ответ, Энни стащила с одного из прилавков большой сливочный торт, украшенный желтыми масляными пионами, и уселась с ним прямо на мостовую.

Погрузив в толстый слой белой глазури свои фарфоровые пальчики, девочка с наслаждением принялась за лакомство, не слишком-то переживая о том, что на кружевной подол ее платья то и дело падают жирные капли подтаявшего крема.

«Так вот почему от нее пахнет сливками», – пронеслось в голове у Джека, когда он вернулся на розовую аллею, оставив спутницу наедине со стремительно уменьшающимся тортом.

По подсчетам мальчика, закатное солнце, окутавшее безлюдный сладкий мир оранжевой дымкой, уже давно должно было юркнуть за линию горизонта. Однако оно по-прежнему парило в той же точке, явно не собираясь ее покидать.

Создавалось странное ощущение, что время в этом оцепенелом мире двигалось каким-то своим особенным чередом, будто увязнув в густом кленовом сиропе.

Джек неспешно двинулся по аллее, вымощенной гладкими серыми булыжниками.