Дом поющих стен

Она ухватилась за большую дверную ручку, отдаленно напоминающую облезлый пончик, некогда покрытый шоколадной глазурью, и изо всех сил дернула ее на себя. Раздался тонкий, едва различимый скрип. И часть хмурого коридора моментально залили ярко-оранжевые лучи закатного солнца.

В нос мальчику ударил аппетитный аромат свежих имбирных пряников и сахарной ваты.

– Невероятно… – прошептал он, проскальзывая следом за Энни и изумленно оглядываясь по сторонам. – Как… как это вообще возможно?

Мягко ударившись о деревянные откосы, дверь позади мальчика захлопнулась сама собой, надежно отрезав обоих детей от тревожного красного тоннеля из подгнивших кирпичей.

– Значит, – догадался вдруг мальчик, не переставая удивляться всему происходящему. – Вот куда ты пробираешься каждую ночь?

– Ага, – розовые губки Энни расплылись в самодовольной улыбке. – Потрясающе, правда?

– Не то слово… – протянул Джек, глазея на дивный разноцветный пейзаж.

Казалось, этот мир буквально сошел со страниц детских сказок, которые нередко читают на ночь прилежным малышам заботливые гувернантки.

Высокое тыквенно-розовое небо над головой Джека, подернутое прозрачными пухлыми облаками, переливалось лучами огненного солнца, готовящегося вот-вот нырнуть за горизонт. Широкая зеленая аллея, на которой они топтались, плавно утыкалась аккуратно подстриженными кустами буйно цветущих роз в мощеную круглую площадь, усеянную миллиардом светящихся лампочек.

На разлапистых дубах, увешенных большими леденцами в прозрачных фантиках и не менее аппетитными кренделями, звонко чирикали воробьи, явно недовольные тем, что целлофановая упаковка мешает им насладиться пиршеством.

Под деревьями тут и там красовались полосатые навесы всех оттенков радуги, пряча под своими матерчатыми шляпками прилавки с шоколадными тортами, кремовыми пирожными и ванильными трубочками. Летний воздух ярмарочной площади был насквозь пропитан густым ароматом свежей выпечки, корицы и жженого сахара.

В пустом животе Джека жалобно заурчало.

– Здесь никого нет, – осознал вдруг мальчик. – Что это за место?

Толстые ленивые голуби деловито прохаживались по брусчатке туда-сюда, словно весь этот сахарный рай был возведен исключительно для них. И, если не принимать в расчет суетливых птиц, Энни и Джека, площадь была совершенно пустынна.

– Это же Июльский Фестиваль Сладостей, – с трудом выговорила Энни, заталкивая за свою веснушчатую щечку очередной пончик.