Дурак космического масштаба

Он что, считает – я от Дьюпа заразился?

Уже в коридоре я подумал: может, Дьюп так стрелял потому, что болело в нем так же, как и во мне? Он никогда ничего о себе не рассказывал.

Дошел до каюты и понял – устал, наконец. Хочу лечь на кровать с фреймом и, может быть, даже поспать.

В каюте уже спал один «уставший». Я вспомнил, что за пятидневку мы отдыхали нормально два раза. А так – перерыв на сон – и за пульт. Боевые дежурства, перестроение, торможение, еще какая-нибудь дрянь. Сегодня экзотианцы почему-то не стреляли.

Джи спал, как младенец. Даже рот приоткрыл, и слюна намочила подушку.

С его физическими данными такие нагрузки могут плохо кончиться. Да и мы с Дьюпом иногда пользовались, полагаю, разрешенными стимуляторами. Все стрелки ими пользовались, в общем-то. Только я никогда не интересовался, что это и где его берут. Вот же бандак длинноносый.

Впрочем, зная Дьюпа, можно было предположить, что он и об этом позаботился.

Я достал электронные ключи от нашего общего уже с Джи сейфа, которым он, кстати сказать, еще ни разу не воспользовался. Поди, и не знает, что такой сейф есть? Открыл. Ну, точно. В сейфе лежали и ампулы, и инструкция, явно набранная Дьюпом.

Вот так он меня и воспитывал. Пока не спрошу – никогда ничего не объяснял.

Я пробежал глазами инструкцию – там было все, даже адреса, где можно заказать эту заразу в обход корабельных медиков.

Нет, Колин не думал, что вот так раз – и уйдет. Он просто всегда просчитывал наперед.

Прозвучал сигнал на обед, и Джи прямо-таки подбросило на кровати. Еще один нервный завелся.

«Пошли? Ну да, пошли, наверно».

Есть не хотелось, но желудок требовал. Такое вот странное состояние. Но я почти все в себя впихнул, даже принесенную Джи булку, посыпанную перцем. Меню изменили, что ли? Сроду таких не ел.

Сразу под горлом стоял комок, и пищу приходилось в себя пропихивать.

Надо рассказать Джи про то, что лежит в сейфе. Дьюп-то не собирался уходить, а я собираюсь. Мне ж не с собой это желторотое чудо тащить. Хотя… и он уже по-своему ко мне привязался. Ничего, месяц – не… И все-таки надо поговорить с ним и об этом тоже.

Когда я выруливал из столовой, подошел дежурный и вручил приказ. Под роспись.