Последний Намсара. Боги света и тьмы

Когда всадник приблизился, Аша спрятала руки за спиной. Пыль и песок улеглись, и она увидела пожилого невольника, натягивающего вожжи разгоряченной лошади. Его лоб взмок, к вискам прилипли завитки седых волос. Он щурился от солнца, избегая смотреть Аше в глаза.

– Искари, – задыхаясь, произнес он, уставившись на конскую гриву, – тебя хочет видеть отец.

– Он выбрал идеальный момент, – Аша сжала за спиной руки. – Вечером я принесу ему голову этого дракона.

Не поднимая глаз, невольник покачал головой.

– Ты должна вернуться во дворец прямо сейчас.

Аша нахмурилась. Король драконов никогда не прерывал охоты.

Она взглянула на лошадь без седока. Это была Леандра, ее собственная кобыла. Гнедые бока лоснились от пота, белая звездочка на лбу запорошена красным песком. Узнав хозяйку, она нервно вскинула голову.

– Я могу проследить, чтобы здесь все закончили, – предложила Сафира.

Аша повернулась к кузине. Сафира не посмела взглянуть ей в лицо. Только не под пристальным вниманием королевского невольника.

– Встретимся дома, – кивнула Аша.

Сафира развязала тесемки на перчатках и стянула их.

– Не нужно было мне их отдавать, – тихо сказала она, протягивая их Аше. – Поезжай.

Не обращая внимания на боль, Аша натянула перчатки: невольник отца не должен видеть ее ожог. Схватив вожжи, она вскочила в седло; Леандра радостно заржала и встала под ней на дыбы. Аша успокоила лошадь и, слегка ударив пятками по бокам, пустила ее галопом.

– Я сохраню сердце для тебя! – крикнула Сафира вслед клубам красной пыли, скрывшим Ашу.

 – На случай если ты передумаешь!

В начале начал…

Седой Ольн был одинок. И потому он сотворил себе двух спутников. Он создал первого из небесной синевы и чистого эфира и назвал его Намсара. Намсара был золотым ребенком. Когда он смеялся, в его глазах зажигались звезды. Когда он танцевал, прекращались все войны. Когда он пел, исцелялись все недуги. Само его существование было иглой, сшивающей ткань мира.

Для второго спутника Седой Ольн взял кровь и лунный свет.

Он назвал ее Искари. Искари была печальным ребенком. Если Намсара нес смех и любовь, Искари приносила разрушение и смерть. Когда Искари разгуливала по миру, люди прятались в домах и вздрагивали от страха. Когда она заговаривала, они рыдали. Если она выходила на охоту, то никогда не промахивалась мимо цели.

Природа Искари причиняла ей такую боль, что она умоляла Седого Ольна изменить ее. Она ненавидела свою сущность и хотела больше походить на Намсару.