У меня есть твое фото

От девушки это движение не укрылось, и она жадно мазнула взглядом по его мускулам. Майкова вдруг обдало жаром.

Нет, он знал, что привлекает женщин, но в последний раз подпускал их к себе так давно, что почти отвык, а эта девчонка… Эта девчонка, несмотря на свою строптивость и бунтарский нрав выглядела так, будто в секунду способна превратится в невинную овечку, стоит Игорю только намотать ремень себе на кулак…

«Ох, черт, Майков, ты думаешь совсем не о том».

Он тряхнул головой и отвернулся к окну.

– У меня дела в городе, – он поспешил встать. – Вернусь только вечером. Ключ один, так что либо я закрою вас здесь, либо вам придется найти себе занятие вне стен этого дома.

Девчонка, наконец, подняла взгляд к его лицу. Казалось, что она даже не слышала, о чем он говорил. Майкову на секунду стало смешно – у нее было такое забавное выражение лица, что захотелось взять ее же фотоаппарат, что стоил, наверняка, больше всего ее гардероба, и сделать пару кадров.

– У меня тоже есть дела, – важно ответила она, поднимаясь. – Нужно съездить на старую квартиру и забрать остатки вещей.

– Отлично.

– Отлично.

Наверное, не стоило разминать шею, стоя перед ней, но он не удержался.

* * *

Чертов Майков!

Аня схватила подушку и начала колотить по ней, едва захлопнув дверь в спальню.

Давненько она так не теряла контроль при виде мужского тела, хотя… Где ей было видеть мужские тела? Она жила с Лёликом, который по степени мужественности неслабо уступал ей самой.

Майков был… Хорош. Он был так прекрасно сложен, что Ане захотелось сбежать отсюда немедленно. Она теряла контроль, а делать это было категорически нельзя. Тем более – из-за Майкова. Да кто он такой вообще? Возомнил о себе непонятно что, еще и Буську заворожил, вот жук.

Но силуэт его тела, крепкие мускулы, чуть прикрытые тонкой футболкой, длинные ноги, вытянутые и скрещенные в щиколотках – она не могла перестать думать об этом, закрывая глаза.

– Так, Аня, соберись. Душ. Холодный. И познакомься уже с кем-нибудь, наконец!

Разговор с собой совершенно не помог, но попытаться стоило.

* * *

Возвращаться в квартиру Лёлика не хотелось. Обида на друга до сих пор давила ей на горло, как подошва армейского ботинка.