Голем

Вернулся он с китайской авторучкой и тонкой ученической тетрадкой, на которой во всей красе и при амуниции был изображен знаменитый сталкер Гупи.

– Для записей, – сообщил он ребятам. – Чтобы никто потом не смог обвинить нас в небрежности или, того хуже, в злоупотреблении служебным положением.

Ребята согласно закивали.

Гелий Петрович закрыл дверь квартиры и решительной спортивной походкой направился к лестнице. Двери в Тринадцатом микрорайоне со дня случившейся катастрофы никто не запирал.

– Слушай, мне кажется или у Гелия прежде голова была абсолютно белая? – шепотом спросил у приятеля Володя.

– Ну, точно, – кивнул Сергей.

Вдвоем они едва поспевали за бодро вышагивающим впереди пенсионером в спортивном костюме.

– А теперь-то, смотри, – кивнул на Изюмова Володя, – у него сзади темные пряди появились.

– Верно, – согласился Сергей. – Раньше их не было.

– И что это значит?

– Откуда я знаю?.

– Отдельными прядками? – Володя усмехнулся и отрицательно мотнул головой. – Нет, дело не в этом.

– А в чем тогда?

– Смотри: Кузякин, умирающий от цирроза, начал лучше себя чувствовать. Штейн прежде без палки не мог и шагу сделать, а теперь скачет по лестницам, как молодой. Да и голова у него варит не в пример лучше, чем в первую нашу встречу. Баба Маша, помнишь, вчера обмолвилась, что у нее уже третий день спина не болит? А у Гелия седые волосы снова темнеть начали.

– Это, наверное, из-за стресса.

– Чего?

– Из-за стресса, говорю.

– Из-за какого такого стресса?

– Ты полагаешь, то, что мы оказались отрезанными от всего мира, не стало для стариков стрессом?

– Ну, может, и стало. Только при чем тут это?

– В стрессовых ситуациях организм мобилизует все свои резервы. И тут возможны разные фокусы. Как кажущееся временное улучшение общего самочувствия, так и самоизлечение различных хронических заболеваний.

Володя задумался.

– Ну, ладно, у бабы Маши перестала болеть спина. Это я еще могу понять. Но цирроз-то не излечивается!

– Я же сказал, временное кажущееся улучшение.

– То есть через какое-то время Кузякин снова помирать начнет?

– Не знаю, – пожал плечами Сергей. – Я же не специалист.

– А чего ж тогда говоришь?

– Говорю, что знаю. У тебя есть другое мнение?

– Есть.

– Слушаю.

– Старики наши молодеть начали.