Галактический глюк

В принципе, он не имел ничего против того, чтобы поделиться тем, что знал, с Вениамином Ральфовичем, но при этом хотел непременно получить что-то взамен.

– А зачем он тебе? – спросил Сидор.

Прежде чем ответить, Вениамин подошел к столу, достал чайник, установил его на подставку-кипятильник и нажал сетевую клавишу. Вода в чайнике тут же забурлила.

– У меня корабль в космопорте.

– Тю! – усмехнулся Сид. – Никак, свалить собрался?

Вениамин и не собирался отпираться.

– А что мне здесь делать? – недоумевающе посмотрел он на парня.

– Напрасно вы так, Вениамин Ральфович.

Вениамин обернулся на звук голоса, раздавшегося у него за спиной.

В дверях стоял Никита Сергеевич со стопкой одноразовых пластиковых тарелок в руках. На верхней тарелке лежал пакет с мелкими коричневатыми кусочками сублимированного продукта, происхождение которого по внешнему виду определить было трудно.

– Доброе утро, Никита Сергеевич, – приветливо улыбнулся Вениамин.

– Доброе утро, – цирюльник склонил голову в немного манерном полупоклоне.

– Благодарю, превосходно, – изобразил ответный поклон Вениамин.

– Если не возражаете, я откушаю вместе с вами.

– Будем рады, – сделал приглашающий жест Вениамин.

Никита Сергеевич поставил тарелки на стол, рядом с уже пыхтевшим вовсю чайником. Вскрыв пакет с сублимированным продуктом, он высыпал содержимое в глубокую миску, залил кипятком, добавил приправы из маленького пакетика и как следует перемешал.

– Смею предположить, Вениамин Ральфович, что ваше пренебрежительное замечание относительно Оллариу является следствием весьма поверхностного знакомства с историей Ордена поклонников Хиллоса Оллариушника. Не так ли?

– Не стану отрицать, – ответил Вениамин. – За пределами Веритаса мало что известно о поклонниках Хиллоса. Я читал Устав Ордена, но не более того.

– Вы читали Устав? – Никита Сергеевич с интересом посмотрел на собеседника.

– Я вообще много читаю, – ушел от прямого ответа Вениамин.

– Конечно, – Никита Сергеевич вернулся к приготовлению завтрака. – Увы, одна из главных ошибок, допущенных Великим Магистром Ордена, – я имею в виду нынешнего Великого Магистра, господина Ги Циковского, – является то, что все, так или иначе связанное с Орденом, он окружил завесой таинственности.