Один из нас

Мозг уселся рядом и выпятил подбородок, словно призывая нормалов отпустить какое-нибудь замечание.

– Я Джейк, – сказал один из мальчиков, прерывая затянувшееся молчание.

Он представил своих друзей. Пес ответил тем же. Нормалы и чумные дети рассматривали друг друга, пытаясь представить себе, каково это – быть такими, как эти, напротив.

– Хочешь чего-нибудь выпить? – спросил Джейк. – У нас есть пиво и вино.

– Нам в Доме не разрешают пить, – ответил Пес.

– Я не спрашивал, что вам разрешают. Я спрашивал, хотите ли вы.

Пес покосился на Мозга. Тот покачал головой:

– Спасибо, но, наверное, не надо.

– Почему ваши лица так разрисованы? – спросил Мозг у парня по имени Трой.

– В знак солидарности с вами. Чтобы показать, что мы понимаем, каково вам приходится, и сочувствуем вам. Мы на вашей стороне.

Пес не мог его понять. Если они на одной стороне, то почему эти ребята так напуганы? Он чуял запах их страха, кислый и едкий. Они сидели так, словно были готовы в любой момент дать деру.

– Вы когда-нибудь бывали в Доме? – спросил Мозг.

– Нет, – ответил Трой. – Никогда.

– В таком случае что вы можете знать о нашей борьбе?

Какое-то время все молчали.

– Мы боимся, – призналась Мишель. – Я не хочу больше бояться. Я хочу всех любить. И я не хочу, чтобы вы меня ненавидели. Вот что я чувствую.

– Мы вас не ненавидим, – ответил Мозг. – Мы боимся вас больше, чем вы нас.

– Правда?

– Вся власть в ваших руках. Вы держите все под контролем.

– Ну я-то ничего не контролирую.

– Мы ненавидим систему, которая нас разделяет, – сказал Джейк. – Мы хотим низвергнуть ее.

– Ну так низвергните, – ответил Мозг. – Иначе придет день, когда мы возьмемся за это сами.

Пес внутренне съежился от того, насколько сурово Мозг разговаривал с этими ребятами, которые прилагали все усилия, чтобы вести себя приветливо и дружелюбно. Ему никогда не приходилось вот так сидеть и разговаривать с нормалами. Он не хотел, чтобы Мозг все испортил.

– Мы очень вам благодарны, мисс Салли, – сказал он. – Что вы позволяете нам сидеть здесь с вами.

– Здесь я просто Салли, Енох. Это такое специальное место, мы все здесь равны.

Пес улыбнулся. Его пронизал поток чистой любви. Она была единственной из нормалов, кто обращался с ним как с нормальным парнем. И благодаря этому он чувствовал себя особенным. Может быть, она единственная среди них видела его таким, каков он есть на самом деле.