Палач

Начальник тюрьмы заверил, что, когда заключенных развели по камерам, на месте преступления никто ничего не трогал. Затем как можно вежливее объяснил, что, поскольку девать заключенных больше некуда, крыло усиленного режима функционирует как обычно, просто с двумя трупами, болтающимися на перекинутой через балку веревке. Поэтому чем быстрее они проведут все необходимые мероприятия, тем будет лучше.

– Я готова, а вы? – произнесла Бакстер; с воспалившимися и налившимися кровью глазами она выглядела слегка безумно, – Кертис будем ждать?

– Она просила начинать без нее.

Бакстер несколько удивилась, что агент ФБР добровольно отказывается осмотреть место совершившегося прямо на ее глазах преступления, но развивать эту тему не стала.

– Тогда вперед.

Бакстер и Руш подняли глаза на два тела, болтающихся в шести футах над их головами. Она заметила, что агент ЦРУ опять схватился за грудь. Им удалось убедить возглавившего расследование детектива и его команду дать им пять минут наедине с местом преступления.

Защищенные многочисленными бронированными дверями, без единого дуновения ветерка за отсутствием открывающихся окон, тела висели пугающе неподвижно на противоположных концах самодельного каната, перекинутого через перила второго этажа.

Бакстер была слишком взбудоражена этой зловещей картиной, чтобы почувствовать, как с ее души упал камень: знал что-то Масс или нет, теперь это не имело никакого значения.

Ей больше ничего не угрожало.

– Что же это получается, мы с вами заверили Кертис, что совершенное в Америке преступление не имеет ко мне никакого отношения, а оказалось, что еще как имеет! – беспечно бросила Бакстер.

Затем оглядела неряшливо начертанные буквы на груди Масса, совершенно почерневшие от запекшейся крови, и прочла вслух:

– «Наживка». Так же, как и на первом трупе.

Она отошла в сторону, подняла глаза на мускулистое тело Доминика Баррелла, тоже до пояса обнаженное, и увидела, что у него на груди тоже вырезана надпись.

– «Кукла», – прочла Эмили.

Руш лишь неопределенно пожал плечами.

– Не было? – спросила Бакстер.

– Думаю, нам надо поговорить с Кертис.

Вернувшись в медицинский блок, Бакстер и Руш обнаружили, что Кертис чувствует себя значительно лучше. По сути, она уже вовсю допрашивала какого-то красавца под сорок в гражданской одежде и со слегка не по возрасту длинными прямыми волосами.

Не желая вмешиваться в их разговор, Руш пошел сделать еще кофе.