Чем черт не шутит

Однако бледная кожа, светлые, будто обесцвеченные волосы, круглые, как пятидесятирублевые монеты, глаза, губы бантиком, маленький, вздернутый носик – пойдите, скажите мне, что это не ангел!

Ангел, чтоб ему пусто было! Во всей своей ангельской красе!

Ну почему? Скажите мне, почему если где какая мерзость случится, так непременно рядом окажется ангел? А то и не один?

Я перевел взгляд на Анса.

Демон понял, о чем я думаю, и молча кивнул.

– Значит, это святоши решили подстраховаться, – я, как карту, кинул фотографию на стол.

– Скорее всего, – более осторожно выразился демон.

Что ж, бывают ситуации, в которых самый сильный ход – это положить короля на доску. Об этом знают даже начинающие шахматисты.

К несчастью, я играть в шахматы не умел. Я знал, как перемещаются по доске фигуры – но это ведь не игра. Если мне, к примеру, известен принцип, поднимающий самолет в воздух, то это еще не значит, что я могу называться пилотом.

– Нужно пробить святошу по базе данных Бюро регистраций.

– Лоя уже скачивает последние обновления.

Лоя!

Как же я мог о ней забыть?

Если дело будет закрыто, тогда и Лоя уйдет. Из агентства и из моей жизни. Окончательно и, быть может, навсегда. Меня такой вариант не устраивал. Сегодня я понимал это гораздо яснее и отчетливее, чем вчера. Поэтому я вскочил со стула и кинулся в спальню. Стараясь все же не проявлять при этом болезненную гиперактивность.

Гамигин проводил меня удивленным взглядом и потянулся за оставшимся на блюде бутербродом.

– У меня еще остался непроверенный источник информации! – сообщил я, надевая свежую рубашку.

– Угу, – меланхолично кивнул Гамигин, пережевывая бутерброд, который явно был ему не по вкусу. – Может, возьмешь меня с собой?

– Конечно! – с готовностью согласился я. – Мне наверняка потребуется помощь!

– Какого плана?

– Я еду в бандитское гнездо!

– Я думал, бандитские гнезда в Московии называются малинами. – Гамигин взял последний бутерброд.

– Так было давно. Еще при Советском Союзе. Теперь это бандитские гнезда.

– Мне все равно, – не стал спорить демон. – Поедем на моей машине?

– Отлично! А то моя в ремонте.

– Который месяц?

– Можно подумать, я нарочно ее расколотил! Я, между прочим, преследовал опасного преступника. Рецидивиста!

Благоразумно промолчав, Гамигин не стал ворошить болезненную для меня тему.

Я действительно преследовал на машине уголовника.