Звезда Давида

Разошлись, лишь когда солнце закатилось за зубчатую кромку близкого леса. А в избе Прокопия остался лишь Фёдор.

– Федька, ты мне будешь в помочь. – Прокопий остро глянул в лицо атамана. – Я ещё не совсем здоров. А тебе надоть обеспечить наш будущий караван провиантом. Мы, конечно, возьмём от Казани немного, но и сами должны позаботиться о харчах. С собой стоит взять десяток или даже больше коней. В степи они нам могут сильно пригодиться. Будут сопровождать нас по берегу. И разведывать путь впереди. Кумекаешь?

– А как же, Прокопий.

Однако лучше коней взять в Казани. Проще. А до неё у нас не должно ничего страшного произойти. Казанцы сейчас присмирели, Мамай их обобрал. Тот темник наверняка задумал очень что-то серьёзное. Да и князь Димитрий может нагрянуть к нам в отместку за набег на его города.

– Уверен, что энтого не случится, Федя. Великий князь сам сидит и ждёт, когда можно уже броситься собирать собственную рать. Рязанский-то князь тоже не дремлет. Постоянно козни плетёт против Димитрия. А везде голод, разруха от набегов монголов.

Одна Тверь чего стоит Димитрию. Ихний Мишка только и смотрит на Орду, как бы Великое княжение заполучить от хана или Мамая.

– Здорово говоришь, Прокопка, – нагло посмотрел атаману в глаза Фёдор. – А не боишься прогадать? Дело-то трудное и опасное.

– Не опаснее всех остальных, – как бы не замечая наглости, ответил атаман-посадник. – А время как раз самое подходящее. И медлить просто глупо.

– Заманчиво, конечно. А у меня сомнения. Но коль все поддержали тебя, то и мне деваться некуда.

Будем готовиться на Казань. – Фёдор усмехнулся в усы.

– Не вздумай юлить, Федька, – пригрозил Прокопий, зная за ним такой грешок. – Обязательно исповедайся у отца Феодосия. Он тебя наставит на путь истинный.

– Как иначе, атаман? Идём на такое праведное дело, как монголы, и не исповедаться? То не по-божески, атаман!

* * *

А в городе Хлынове, как атаманы ни старались, слухи поползли уже через несколько дней. Люди шептались о предстоящем большом походе на полдень.

Имели в виду, конечно, Казань, но додуматься до остального тоже могли.

Зато Онуфрий стал рассылать вокруг города разъезды – ловить любителей побегать к врагам с предупреждением. И такие нашлись.

– Глебка! – зловещим шёпотом говорил брату Васька. – Завтра на площади будут казнить предателя! Поймали недавно.

– Посмотрим, – несколько оживился Глеб. – А кого поймали? Нашего или черемиса[3 - Черемисы – русское название народности марийцы.